Ларк отступила чуть в сторону и все-таки обернулась — теперь она смотрела ему прямо в лицо.
— Вы меня боитесь?
Такой прямой вопрос обезоружил ее. Конечно, она боится. Ну и что? Страх — вещь полезная, он способствует выживанию индивида.
— Скорее я проявляю разумную осторожность. — Натан Сенатра шагнул к ней, неотрывно глядя ей в глаза.
— Вы здесь уже две недели?
— Да.
— Полагаю, вы слышали, — произнес он вкрадчивым шепотом.
— Слышала — что?
— Что я сумасшедший.
— Вы явно хотите меня напугать — но зачем? Зачем вы принесли мне кофе? Только для того, чтобы потом завести этот странный, нелепый разговор?
— Ну, это вы точно подметили, — действительно, такой уж у меня характер. Должен признаться — вы мне интересны, но вы представляете угрозу для меня. Вы можете дать показания против меня, и потом эти ваши дурацкие наблюдения — вы безо всяких усилий можете сделать так, что мою лавочку закроют. Достаточно только написать несколько слов на клочке бумаги.
— Я не из тех, кто так поступает.
— Откуда мне это знать?
— Ниоткуда.
— Ну ладно. Так что вы надумали? Зайдете в дом или пошлепаете по лужам?
— Я осторожна и недоверчива, — ответила она. — В вашем городке эти качества совершенно необходимы.
Он улыбнулся и пожал плечами.
— А чем вы занимались до того, как приехали сюда? — спросил он после паузы. — Вы говорили, что работаете для исследовательской организации. Что она изучает?
— Не для организации — я работаю для одного исследователя.
Если она сейчас скажет, что прослеживала маршруты миграции птиц, он догадается, что она работает на своего отца. В конце концов, ему, наверное, все равно, чем она занималась — сейчас он просто подлизывается к ней. Но, пожалуй, эту тему лучше закрыть.
— Вы были правы в одном, это по сути дела конторская работа, — сказала она. — С вашей точки зрения, это должно быть скучно.
— В скучных занятиях есть своя прелесть, — возразил он.
— Но только не в конторской работе.
— Да бог с ней, с вашей работой, — ответил он, наконец сообразив, что она больше не желает развивать, эту тему. — Скажите лучше начистоту, разве похоже, что я способен убить человека?
При этих словах в его глазах мелькнуло отчаяние, словно он сам не был в этом уверен и опасался подтверждения своих страхов. Однажды в своей жизни она уже повстречалась кое с кем, кто выглядел абсолютно безобидно. Это был первокурсник из их колледжа, который однажды проводил ее до дома, а потом приставил ей к горлу нож и изнасиловал. Через несколько лет шрамы от раны на шее рассосались, исчезли, но душевные рубцы остались навсегда.
При мысли, что она никогда не сможет это преодолеть, никогда не сможет жить нормальной жизнью, Ларк приходила в отчаяние.
— Внешность еще ни о чем не говорит, — услышала она свой голос, словно со стороны. — Думаю, каждый способен на убийство, в зависимости от обстоятельств.
Произнося эти слова, она все еще вспоминала тот случай. Она сопротивлялась изо всех сил. Ей доводилось слышать, что некоторые люди в экстремальной ситуации проявляют неимоверную силу, могут приподнимать автомобили, но к ней это, увы, не относилось.
Когда студент сделал свое дело, он бросил ее на месте, решив, что она умерла. И так и случилось бы, если бы ее мать, решив, что у Ларк испортился телефон, не позвонила в деканат и не попросила кого-нибудь зайти к дочери.
Потом рассказывали, что, когда полиция университетского кампуса нашла Ларк, один полицейский не смог сдержать слез.