Похоть: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Но тут возникал один, не совсем понятный Аманатидису вопрос. Если это мальчишка был любовником миссис Тэйтон, а ему на вид едва ли двадцать два года, то неужто ей было его мало? Зачем ей фасцинус? Почему в момент смерти в её руке был зажат сей, так сказать, символ плодородия? Хейфец, на порядок более умный, чем этот смазливенький тинэйджер, намекнул на нимфоманию. Кто прав? Аманатидис всё же склонен был считать, что еврей мог попытаться одурачить его, этому же щенку такое явно было не под силу. И тем не менее полицейский куда больше доверял суждениям медика.

Аманатидис задумчиво кивнул и задушевно поинтересовался:

— Мистер Хэмилтон, поверьте, я разделяю ваши чувства. Видеть несправедливость и не иметь возможность помешать? Это горько. Но я понял, что вы любили миссис Тэйтон. Скажите, что она была за человек?

Хэмилтон вздохнул. Она столь истово, почти набожно умела удовлетворять вожделение, что казалась ему Богиней.

— Если бы вы видели её живой! — с тоской произнёс он. — Она была совершенством.

Манолис Аманатидис кивнул так, точно понял. Но на самом деле он понял только то, что перед ним дурак.

Нет-нет, Аманатидис не был ханжой и никогда никому не читал проповедей. Но он хотел, чтобы его жена рожала детей только ему и исключительно от него, не любил шлюх, и женщина, найденная в момент смерти без нижнего белья с фаллоимитатором в руках, в его понимании, никак не могла быть совершенством.

Спала ли миссис Тэйтон с этим дурачком, или, что ещё смешнее, он был влюблён в неё платонически? Но задать прямо такой вопрос было немыслимо. Аманатидису ничего не оставалось, как сердечно поблагодарить дурачка за помощь и пообещать, что он во всём тщательно разберётся. В последнем обещании Аманатидис не солгал. Он действительно собирался тщательно разобраться. Дело это, по его мнению, особенно трудным не было, бывали и посложнее.

Он поднялся.

— Помните, все они будут лгать. Тэйтон финансирует экспедицию, они все зависят от него. Правды, кроме меня, вам никто не скажет, — напутствовал его Стивен Хэмилтон.

«Дети и дураки всегда говорят правду», — гласит старинная мудрость. Вывод ясен: взрослые и мудрые люди правду никогда не говорят. Но в жизни, считал Аманатидис, важна не столько правда, сколько нечто иное: кем она высказана, ибо в устах некоторых дураков и правда становится ложью. Этот человек был явно лишён дара видеть истину. Но зато какой искренностью дышала его ложь! А что удивительного? Ведь он и сам верил в то, что говорил.

Но Аманатидис никак не мог сказать, что общение с мистером Хэмилтоном не было полезным.

Глава семнадцатая

Едва Аманатидис увидел Рамона Карвахаля, он подобрался и сжал зубы. Следователь уже мельком приметил этого археолога в коридоре, счёл редким красавцем, а теперь разглядел вблизи, и то, что увидел, не порадовало. Многоопытные глаза мудреца и лоб философа. Это не Хэмилтон. Тут никому не удастся никого одурачить или запугать. Ладно, попробуем сыграть в открытую. Какой смысл лгать, если того же результата можно добиться, тщательно дозируя правду?

Следователь поприветствовал испанца и сказал, что должен побеседовать с ним. Тот только кивнул и пригласил его сесть напротив.

— Как вы знаете, сегодня была убита миссис Тэйтон.

Карвахаль снова кивнул — без тени сожаления. Да, он об этом знает.

— Кто, по-вашему, мог это сделать?

Испанец пожал плечами.

— Я не видел, как её убивали, — усмехнулся он. — А строить предположения в таком случае всё равно, что пахать волну.

— Был ли у вас повод убить миссис Тэйтон?

— Если бы и был, я бы вам об этом не сказал, — снова усмехнулся Карвахаль, — но повода у меня не было. Тем более что я сегодня именинник. Ознаменовывать собственное тридцатипятилетие убийством — чересчур экстравагантно для меня.

Аманатидис вежливо поздравил Карвахаля и продолжил.

— В убийстве жены, как вы понимаете, первый подозреваемый всегда муж. Мог ли мистер Тэйтон убить свою супругу?

Карвахаль блеснул умными глазами.

— Мистер Тэйтон — далеко не слабак, а чтобы размозжить голову женщине, да ещё столь хрупкой, как миссис Тейтон, — большой силы не надо. Но я спрашивал у моих коллег — Дэвида Хейфеца, Макса Винкельмана и Лоуренса Гриффина, и они говорят, что Тэйтон не покидал гостиную ни на минуту до момента обнаружения тела. Это же говорит и Мелетия. Значит, убить он мог, но не убивал.

— А что вы скажете о Дэвиде Хейфеце? Он мог убить?

— Зачем?

— Чтобы помочь своему другу овдоветь и жениться на вашей сестре, — последовал мгновенный ответ.

Гол забить не удалось. Карвахаль расхохотался.