– Я требую достойной смерти!
– Послушай-ка меня, – сказал Бейн, и теперь в его голосе зазвенела бронза. – Я убил Гормалиша, потому что подобные ему не должны существовать. Что касается тебя, то тут я не уверен. Но, если ты разозлишь меня, я убью тебя на месте. А теперь… заберите его…
Джорнарилиш раскрыл рот, а потом снова его закрыл.
Снибрил внимательно рассматривал эту пару. «Он и сделал бы это, – думал он. – Здесь и сейчас. Не из жестокости и не от ярости, но потому, что это следовало бы сделать».
И у него забрезжила мысль, что он предпочел бы встретиться лицом к лицу с обезумевшим от жажды битвы Брокандо или рассвирепевшим Джорнарилишем, чем с Бейном.
– Хотя Снибрил прав, – сказал Писмайр, в то время, как умолкшего моула торопливо тащили куда-то в сторону. – Все поступают так, как привыкли. А теперь мы должны обрести новый путь. Неужели нужно было перенести столько тягот, чтобы затевать затем ссоры из-за пустяков? Империя…
– Я не думаю, что у нас снова будет Империя, – сказал Бейн.
– Что? Но Империя должна существовать! – сказал Писмайр.
– Можно создать нечто лучшее, – ответил Бейн. – Я как раз об этом думаю. Множество объединенных мелких стран и городов были бы лучше одной большой Империи. Не знаю, право.
– И надо предоставить право голоса женщинам, – сказала леди Вортекс откуда-то из толпы.
– Возможно и это, – ответил Бейн. – Что-нибудь должно быть припасено для каждого.
Он поднял голову. Позади этой группы людей стояли человечки. Их было всего несколько. Они ничего не сказали. Никто не знал их имен.
– Кое-что для каждого, – сказал Бейн. – Нам следовало бы поговорить об этом…
Вперед выступил один из человечков и отбросил капюшон, открыв лицо, лицо женщины.
– Я должна поговорить с тобой, – сказала она.
И все человечки, находившиеся рядом, сняли капюшоны…
– Меня зовут Тариллон, я знаток шахт и горного дела. Сейчас мы покидаем вас. Мы думаем… мы думаем, что теперь вы сами можете ощущать будущее. А мы… мы помним кое-что еще.
– Прошу прощения? – не понял Бейн.
– Мы выбрали новую Нить.
– Не понимаю тебя.
– Мы снова стали человечками. Настоящими Человечками. Мы думаем, что начинаем помнить новую историю. Поэтому сейчас, если вы не возражаете, мы вернемся к себе и будем жить привычной для нас жизнью.
Она улыбнулась.
– Помню, что я говорила это!
– О, – сказал Бейн. Он выглядел обескураженным: практичный человек, столкнувшийся с чем-то, чего не мог понять лишь потому, что был слишком занят.
– Ну, хорошо. Я рад за вас. Если мы можем что-нибудь сделать…
– Мы встретимся. Мы в этом… уверены.
– Ну. Еще раз благодарю вас.
Человечки уже выстраивались в линию, чтобы удалиться.
Снибрил скользнул за ними вслед. За своей спиной он слышал, как люди вновь заспорили…
Было утро. Человечки спешили уйти: они шли сквозь руины, а он должен был догнать их.