Война еще не кончилась, но уже можно было трубами возвестить о скорой победе. И потом, это чудесное избавление от невзгод такой очаровательной дамы… Это ли не повод для восторга?! Крисси же, охотно помогая раненым, в глубине сердца прятала тревогу за Джонни. Его нигде не было. Она чувствовала: с ним что-то случилось.
Шотландцы во главе с Ангусом при помощи ломов и веревок разбирали груду хлама перед дверью ангара. На это у них ушло много времени.
Терл прибег к последнему ухищрению. Он позвал к себе Роберта Лису якобы для крайне важного сообщения. На четырех цепях, под усиленной охраной, он заявил сэру Роберту, что знает, где находятся ключи от системы управления бомбодроном, и пообещал показать в обмен на возможность телепортироваться на Психло. Роберт Лиса согласился, и Терл попросил свои ботинки. Женщина, которую нашли в комнате Терла под кроватью и в маске, сказала, что ее зовут Чирк. Роберт уточнил, не она ли была секретаршей Терла. Та кивнула. Тогда он передал ей распоряжение шефа выложить ключи от блокирующей системы. Она очень рассердилась и велела передать Терлу, что он, видимо, считает ее совсем тупой. Ему же очень хорошо известно, что еще месяц назад сам велел ей уничтожить все копии ключей, и она не собирается отвечать перед Компанией за его грязные делишки! Да, она не забыла об обещании Терлом богатства, большого дома… Чирк была в ярости.
Роберт Лиса решил проверить обувь Терла. И нашел тайник. В ботинке хранился маленький лучевой пистолет.
Под наведенными на него четырьмя штурмовыми винтовками Терл, громыхая цепями, рычал что-то нечленораздельное о Чирк и бабах вообще…
Двое психлосов, братья, охотно подписали контракт на 15000 годовых плюс 500 премиальных за каждое отдельное задание. Оба побаивались контратаки с Психло, но плата есть плата. Сейчас они вместе с шотландцами ковырялись в радиосети. Приемник на борту самолета Гленканнона превратился в оплавленную груду. И 500 премиальных братьям явно не светили. Вода залила важное оборудование, перевалочная станция была уничтожена. Самолеты нельзя было использовать из-за нарушенной связи.
Потрепанная шляпа Роберта Лисы мелькала то тут, то там. Он отвечал на вопросы, отдавал приказы. Но мысли его были заняты другим. Вот уже двенадцать часов эфир молчал. Связи с самолетами не было. Он лишился таким образом возможности отдать приказ пилотам, отправленным для бомбардировки рудных бассейнов, начать поиски бомбодрона. В его распоряжении не осталось ни одной свободной машины, чтобы послать на помощь Джонни. Роберт отправился к полевому госпиталю, где находились двадцать раненых шотландцев. За ними присматривали пастор, учитель-наставник, четыре женщины и Крисси. Он встретился взглядом с девушкой, и ему стало не по себе. Джонни был прав. Ждать возвращения с задания самолетов для атаки бомбодрона не было смысла. О них до сих пор ничего неизвестно. У Роберта было тяжелое предчувствие, что Джонни в большой беде. Он сокрушенно покачал головой. Крисси тяжело сглотнула и начала бинтовать раненого.
2
Зезет ликовал. Животное ранено, причем очень тяжело. Конечно, могло быть и лучше. Бортовая качка изменила траекторию, и вместо того, чтобы снести животному голову, как Зезет рассчитывал, панель ударилась в стойку тормозного башмака и только после этого угодила в цель. Но все равно, результат оказался великолепным! На полу растеклась лужа красной крови.
Джонни выстрелил из небольшого оружия по проходу. Однако Зезет прекрасно видел в зеркало, что он отключился. Выстрелил еще раз и упал без чувств. Зезет ждал. Еще немного, и он кинется на существо, чтобы придушить. Однако все вышло иначе. Джонни отполз назад, в конец бомбодрона, и, изредка простреливая проход, забился в пустую ячейку. Для психлоса такое отверстие было слишком узким. Зезет ждал долго. Наконец его терпение лопнуло, он выбрался из ниши и нырнул в другую, в промежуточной несущей переборке. Попытался настроить зеркало, но было слишком темно. Посветил. Ничего. Очевидно, животное пробралось к другому борту. Зезет развернул зеркало направо. Просвистела пуля и выбила зеркало из его лап. Хорошо, что он сам не высунулся! Он приник к переборке, прислушиваясь. Гул моторов не давал уловить дыхание существа. Он ожидал, что с минуты на минуту животное высунется и откроет пальбу. Но этого не случилось. Зезет подумал уже, не сдохло ли. Столько кровищи натекло. Он даже повеселел. Теперь можно заняться делом. Открыл дверцу боевого самолета Джонни и повертел ручку радиосвязи в надежде разбудить Напа. Идиот наверняка дрыхнул. Зезет включил на полную мощность. Это, пожалуй, и мертвого разбудит.
– Болван! Проснись!
– Послышался испуганный голос Напа:
– Что? Кто это?
– Послушай-ка, Нап, – как можно дружелюбнее начал Зезет, – я знаю, что ты не дурак поспать. А еще я знаю, что ты мало что смыслишь в технике. И все-таки я надеюсь, что мы сможем сотрудничать.
– Зезет, это вы?
Ну и кретин!
– Кто же еще, по-твоему?
– Так вы на бомбодроне? Значит, Снит вас не забрал? Тогда как же…
– Заткнись, – прорычал Зезет. Вот что от тебя требуется: подняться вверх и опустить свою машину прямо перед дверью. Ты должен сесть на самом краю, так, чтобы перегородить воздушный напор.
Нап хотел уточнить, для чего нужно преграждать напор, но Зезет быстро вправил тупице мозги. Однако же тот, помня о десятиминутном запасе топлива, не спешил выполнять приказ. Зезет собирался забрать топливные картриджи с боевого самолета. Он не смог бы взлететь через распахнутую дверь, слишком велик риск. Вот ему и пришло в голову воспользоваться запасами горючего с этого самолета. Он взгромоздился на сиденье и стал шарить в заднем отделении. Целый ящик картриджей! Не один десяток. Но заметил он кое-что и еще. Выходной клапан его маски вспыхивал зеленоватым свечением. Оказывается, на этой рухляди – радиоактивная пыль! Естественно, ведь упаковка-то была из-под пуль с радиоактивными насадками. Свечение было слабым, но Зезет все равно испугался. Он вывалил содержимое упаковки в проход и, выпрыгнув, задержал покатившиеся картриджи. Держа их на расстоянии вытянутой лапы, осторожно выдохнул. Никакого свечения. Хорошо. Он распахнул обе дверцы боевого самолета. К заднему отделению приближаться не стоит. Он действовал, вытянув вперед обе лапы. Посветил факелом на кожух главного двигателя и на вспомогательный балансировочный мотор. Наметанным глазом сразу заметил волосяную трещину в правом моторе. Заведется или нет – неизвестно. Авария, однако, не повредит. Он нагнулся и запустил лапу под кожух, вытащил клубок проводов, порвал их, скомкал и засунул обратно. Отлично! Теперь боевой самолет не сможет двигаться прямо. Он заполз под машину и осмотрел главный двигатель бомбодрона. Вот же его гаечный ключ! Животное не успело снять крепление панели. Он по привычке сунул ключ в сапог.
Характер бросков и качки несколько изменился. Нап переместился. Как говорится, все к лучшему. Теперь не задувало в дверь.
Осторожно дотянувшись до микрофона и не садясь в кабину, Зезет скомандовал:
– Готов?
– Пришлось потрудиться, но…
– Веревочную лестницу отличишь?
Нап начал пространно объясняться, что у него хорошее образование, большой опыт работы…
– Закрепи один конец лестницы с обратной стороны сиденья. Свободный конец спускай ко мне. Сюда же опусти на веревке сетку для руды. И страховочный трос. Все сюда – к двери, ясно?
Нап опять было начал, что, разумеется, он все очень хорошо понимает, но ведь руды-то в бомбодроне нет…
– Топливные картриджи, болван! Я подам наверх топливные картриджи.
– О, вот это новость! А они подойдут?