Рифы космоса: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Она кивнула и снова села на его кровать. Голуби Мира устроились у нее на плечах.

— Скажи мне, Стив, ты знаешь, почему Плану Человека требуется эта информация?

— Почему... нет, я точно не знаю. Я предполагаю...

— Без предположений. Она нужна для освоения Рифов Космоса. Ты знаешь, кого ищет План среди Рифов?

— Нет, не могу знать.

— Ему нужен Рон Дондерево, Стив.

— Рон? — он нахмурился.

— Человек, который сумел снять железный воротник, Стив, — сказала девушка, утвердительно кивая. — Тот человек, которого ты мог не без пользы встретить опять. Оснащенное всеми видами ловушек, защищенное от любых попыток снять или разрушить его, это железное кольцо никто не способен снять со своей шеи, пока Машина не даст на то разрешения, а он его ухитрился снять. Машина очень хочет поговорить на эту тему с Дондерево. Очень.

Райленд напряженно смотрел на девушку. Она кивнула.

— Дондерево сейчас там, в Рифах, — сказала она. — И Машина должна что-то сделать. Может, она просто уничтожит Рифы. Я знаю, над подобным проектом ведутся работы. Но если это не удастся, она пошлет кого-нибудь туда, чтобы найти Дондерево. Она пошлет человека с радарной винтовкой, Стив! Чтобы убить Дондерево! И вот почему Машине нужен секрет нереактивной тяги.

Новое положение Райленда как руководителя Групповой Атаки не заставило, тем не менее, его коллег проникнуться к нему симпатией. Но это его не заботило. Стива полностью поглотила работа. Чудо-Опорто весьма ему пригодился. Дар молниеносно вычислять, которым он обладал, сберегал Райленду массу времени. Опорто не превосходил по скорости подсчета компьютер, но у него было значительное преимущество перед этими машинами, работающими на двоичном коде — отпадала необходимость кодировать и декодировать задания. К тому же расчетов требовалось не так уж много. Проблема была действительно крепким орешком, Райленд не видел ни малейшей зацепки, с которой можно было бы начать приближаться к решению. Опорто доказал свою полезность и в другом отношении. У него был тонкий нюх на новости и сплетни, и он держал Райленда в курсе всех происшествий внутри Группы.

— Флимер в дурном настроении, — сообщил он как-то. — Заперся в своей норе, никуда не выходит.

— Понятно, — рассеянно ответил Райленд. — Слушай, куда подевались «физические константы для уравнений равновесных состояний»?

— Они под индексом 603.811, — терпеливо сказал Опорто. — Ходят слухи, что Флимер затеял спор с Машиной. Сообщения идут в обе стороны, туда и обратно, без передышки.

— Что? — Райленд уставился на коротышку, мгновенно забыв о библиотечном заказе на книгу, который он торопливо выписывал. — С Машиной никто не может спорить!

Опорто пожал плечами.

— Тогда не знаю, как это называется.

— Генерал Флимер подает рапорты, — твердо сказал Райленд. Он помахал Вере, скучающей в углу. Общительница охотно подошла к нему, увидела записку, поскучнела, пожала плечами и отправилась за книгой.

— Само собой, — сказал Опорто. — Слушай, ты что-нибудь получал от Донны Криири?

Райленд покачал головой.

— Я слышал, она сейчас в Порт-Канаверал.

— Это ее дело, — отрезал Райленд. — Не сомневаюсь, что у Дочери Планирующего множество причин отправиться в космос.

— И я не сомневаюсь, — согласился Опорто, — но...

— Но ты можешь заниматься собственным делом, — сказал Райленд, прекращая дискуссию. Вера принесла книгу. Райленд проверил несколько цифр и подал лист с расчетами Опорто.

— Вот, надо решить кое-что. Чтобы ты не скучал, — сказал он. Райленд встал, рассеянно оглядев комнату. Это была А-секция, занятая теорией Хойла. Здесь трудилась целая подгруппа. И все равно, подумал он, это пустая трата времени.

— Запросто, — жизнерадостно сказал Опорто, занявшись уравнениями. Через несколько секунд Райленд получил листок с готовыми решениями, просмотрел его и положил на рабочий стол одного из помощников. Задачи были рутинными, он мог поручить их другим. Вот почему все было напрасной тратой времени. Все основные проблемы уже рассмотрены, остались чисто математические расчеты. Потом он сможет ответить на вопрос Машины. Практически он уже знал, что может ответить на вопрос и сейчас. При каких условиях возможен рост количества водорода в пространстве? Это просто. Люди не могут повлиять на процессы, формирующие звезды. Но не говорил ли такой вопрос об... отчаянии Машины? Если можно вообще использовать такое слово относительно Машины, не было ли это показателем срочности, если она задает такой вопрос?

— Пойдем, Опорто, — чувствуя тревогу от таких мыслей, сказал Райленд. — Посмотрим на пространственника.

Животное находилось в секции В, и дела там шли из рук он плохо. Нереактивная тяга! Создать такой двигатель было невозможно, вот и все. Если бы Райленд не имел перед собой пространственника, он мог бы поклясться, что Ньютон был безусловно прав. На каждое действие, как вывел Ньютон несколько столетий назад, имеется противодействие, равное по силе и противоположное по направлению. Этот закон движения распространяется на любое существо, передвигающееся по поверхности Земли. Реснички мельчайшего одноклеточного в пруду и то перемещают это микроскопическое существо, отбрасывая назад пропорциональную массу воды. То же самое делает пропеллер в воздухе или винт корабля в море и в реке. Реактивная отдача толкает вперед ракеты — масса выброшенных дюзами раскаленных молекул летит в одну сторону, масса корпуса корабля — в другую. Действие и противодействие! Легко изобразить закон в виде уравнения: масса, умноженная на ускорение-прим. Трудно усомниться в верности такого уравнения. И все же оно не было верным, экспериментальное подтверждение, представленное испуганным животным из открытого космоса, опровергло правоту Ньютона. Это существо способно было висеть в воздухе, ни от чего не отталкиваясь и ничего от себя не отталкивая, и тем самым представляло глупцом величайшего гения, какого знала история человечества. Пространственник не выказывал реактивного взаимодействия вообще. Что бы ни было то, что позволяло ему свободно парить в воздухе (назовем это фактором X), оно не вызывало возмущения воздушной среды, не раскачивало чувствительные маятники вокруг существа, не регистрировалось на фотоэмульсии, не взаимодействовало с заряженным электроскопом, магнитной стрелкой, не генерировало электрических, магнитных и электронных полей, поддающихся измерению, не увеличивало вес клетки, когда ее взвешивали вместе с парящим пространственником, не возбуждало слышимого звука, не оказывало влияния на основной метаболизм самого животного и не оставляло заметного следа в пузырьковой камере для регистрации элементарных частиц.

С другой стороны, в немногих вещах фактор X себя проявлял. Он оказывал влияние на работу мозга пространственника — имелись определенные изменения в его энцефалограмме в момент парения. Он же, похоже, возбуждал тревогу у других млекопитающих. Это случайно было замечено, когда кот забрел в ракетную шахту с клеткой. Как только пространственник взлетел, кот молнией выскочил из шахты, выгнув спину дугой, шерсть его стояла дыбом, глаза горели. Кроме того, он давал нереактивную тягу. Чем бы ни был фактор X, он поднимал пространственника со дна клетки. Однажды пространственника даже замотали в цепи весом более шести сотен фунтов. Словно развлекаясь, существо взлетело с цепями так же легко, как и без них, и парило около часа, мурлыкая про себя. Неразрешимая загадка могла хоть кого свести с ума. И все же, думал Райленд, пусть это небольшое утешение, но самому пространственнику стало в последнее время лучше. Раны его затягивались. Маленькие существа-симбиоты сумели частично выжить. И пространственник казался сейчас более энергичным и подвижным. Донна Криири будет довольна. Но больше, кажется, никто не был доволен Райлендом. Генерал Флимер большую часть времени проводил в своих апартаментах и выбирался только для того, чтобы отпускать ядовитые замечания и путаться под ногами. Другие высшие офицеры Группы не могли ретироваться по примеру Флимера, потому что имели непосредственные обязанности, но они постарались в полной мере выразить Райленду свою неприязнь. Дружелюбно держался лишь майор Чаттеради, что было его второй природой. Он каждый час являлся с рапортом. И не доставлял никаких хлопот. Если Райленд был занят, майор незаметно ждал у него за спиной. Если Райленд был свободен, майор задавал минимум вопросов и уходил. Райленд был совершенно уверен, что все сведения поступали сначала в Машину, потом — генералу Флимеру, но он не видел причины, по которой следовало бы вмешиваться в процесс передачи. И не видел причин надеяться на удачу, если бы он решил попробовать помешать. Он был опом. Однажды Опорто сказал ему:

— Слушай, тут что-то про твою подружку.