– Кривич знает?
– Да.
– Значит, ответственность за жизнь Сэндза ложится на него. Если в отеле убьют еще кого-нибудь, мистер Шамбрэн разрежет меня на мелкие кусочки.
– Я слышал о вашем Шамбрэне. О нем ходят легенды.
– Он просит, если вас не затруднит, заглянуть к нему.
– Откуда ему известно, что я здесь?
– Он сказал, что вы приедете с мистером Сэндзом.
– Как он узнал?
– Те, кто здесь работает, не сомневаются, что он видит сквозь стены. Отвести вас к нему?
– Почему бы и нет? Я хочу познакомиться с ним.
Как это ни странно, ранее Квист не встречался с Пьером Шамбрэном. Десятки его клиентов останавливались в отеле «Бомонт». Он бывал здесь сотни раз, ужинал с Лидией, пил коктейли в баре «Трапеция», но ни разу не видел управляющего самым роскошным отелем Нью-Йорка, а то и всего мира.
Кабинет Шамбрэна на четвертом этаже отеля скорее напоминал гостиную римского дворца эпохи Возрождения. Лишь четыре телефона на украшенном чудесной резьбой столе указывали на то, что тут еще и работают. На комоде в дальнем углу стояла большая кофеварка. Бар переливался старинным хрусталем, разноцветьем бутылок. Квист успел заметить висящую на стене картину Пикассо, несомненно, подлинник, затем все его внимание сосредоточилось на сидящем за столом человеке. Додд представил Квиста своему боссу.
Шамбрэн был невысок ростом, коренаст, темноволос, а взгляд его черных, глубоко посаженных глаз пронзал казалось, насквозь. – Наконец-то мне удалось встретиться с вами, мистер Квист, – француз по происхождению, Шамбрэн говорил по-английски без малейшего акцента.
– Я очень рад, – Квист пожал протянутую руку.
– Хотите что-нибудь выпить или чашечку кофе по-турецки?
– Если позволите, я предпочел бы бренди.
– Пожалуйста, у нас богатый выбор.
Его глаза не отрывались от Квиста, пока тот не налил себе бренди и не уселся в удобное кресло.
– Для вас это тяжелый вечер.
– Да, – кивнул Квист, – убийство не принадлежит к числу моих любимых видов спорта.
Сидя напротив, Шамбрэн покуривал плоскую египетскую сигарету.
– Любопытство – вредная привычка, – сказал он. – К сожалению, у меня она чрезмерно развита. Такой отель, что маленький город. У нас свои магазины, рестораны, бары, прачечные, химчистки, банковские сейфы, полиция – тысяча и одна составляющие, необходимые для нормального функционирования отеля. Любопытство позволяет мне находиться в курсе событий. Случаются здесь и преступления, как в любом городе, но каждое из них я воспринимаю как личное оскорбление.
– Я вас не совсем понимаю.
– Я чувствую, что не могу остаться в стороне. Убийство – плохая реклама для отеля. Мне представляется, это – не ординарное убийство, мистер Квист. Эдвард Уизмер погиб не от руки случайного вора или личного врага.
– Вот как!
– В отличие от прессы я уже успел сопоставить факты, – глаза Шамбрэна превратились в щелочки. – Макс Либман часто бывал в этом отеле. Он позвонил мне в субботу вечером, чтобы узнать, когда должен приехать Джонни Сэндз. Он позвонил мне, а не в справочную, потому что мы давние друзья. Позже он умер насильственной смертью. А за несколько часов до того в чикагском аэропорту застрелили Луи Сэйбола. Как выяснилось, он тоже был другом Джонни. И вот в моем отеле убивают третьего друга Сэндза. Это не случайные убийства, мистер Квист.
Квист улыбнулся.
– Додд убежден, что вы способны видеть сквозь кирпичную стену.
– Так я прав?
– Я думаю, правы. И Джонни думает, что вы правы. Более того, мы пытаемся убедить полицию, что вы правы.