– Собираетесь искать деньги сами? – недоверчиво поинтересовался Прищепов.
– Есть вещи и люди, к которым привыкаешь, – Роза положила руки, сцепленные замком, на колени, нервно сжала пальцы. Чуть слышно хрустнул сустав. – Я привыкла к богатству и к независимости, это моя жизнь.
– Жизнь – это не люди и не вещи, жизнь – это ты сам, – ни к кому конкретно не обращаясь, произнес Банда.
– Я считаю до трех, – серьезно сказала Роза. – Или вы соглашаетесь, или..
Александр не мог сказать «нет», хотя Артем Прищепов рассчитывал именно на это, несмотря на весь ужас своего финансового положения.
– Раз…
Бондарович прикрыл глаза. «Не хватайся за большее, когда можно обойтись меньшим',» – вспомнил он одну из своих заповедей.
– Два…
– Налейте нам, пожалуйста, воды, – произнес Банда самым обыденным тоном, хотя ситуация требовала от него совсем другого поведения Можно было подумать, что он сидит в баре и обращается к официантке.
– Но сперва я скажу «три».
– Я согласен, – чуть более поспешно, чем следовало бы, произнес Банда.
Про Артема Прищепова никто не вспоминал, словно его согласия и не требовалось. Роза поднялась и слегка дрожащими руками принялась наливать минеральную воду в высокие тонкостенные стаканы. , – Не стоит волноваться – я бы все равно сказал «да».
– Я, наверное, показалась вам слишком жесткой?
– Именно.
– Значит, – вздохнув, произнесла Роза, – я могу рассчитывать на вас?
– Да, можешь, – кивнул Мамаев, – принеси, пожалуйста, мои бумаги. Они в «дипломате» в моем кабинете на столе. Найдешь, надеюсь?
– Найду, – кивнула Роза, посмотрела на Банду, на Артема, вздохнула и добавила:
– Хорошо Сейчас принесу.
Она легко поднялась из своего низкого кресла. Ее платье при этом приподнялось, и Александр Бондарович быстро отвел глаза. Когда девушка наконец вышла из комнаты, он набросился на Рахмета:
– Это что значит?! – закричал он. – Вы что, дочь свою под пули ставите? Крыша поехала? Деньги голову вскружили?
Рахмет терпеливо выслушал его и затем возразил:
– Я вовсе не хочу, чтобы Роза находилась рядом с вами под пулями. Нет, я хочу совсем другого. Я хочу, чтобы вы были рядом с ней, когда она окажется под пулями. Я хочу, чтобы наряду со всеми другими делами вы еще и охраняли мою дочь, и за это я заплачу дополнительно.
Наконец-то прозвучала эта полная самодовольства фраза – правда, и произнесена она была чуть ли не с мольбой в голосе. Это-то и дало возможность Банде вновь почувствовать себя хозяином положения.
– У вас нет денег.
– Вы же беретесь их найти.
– Уже начинаю жалеть об этом.
– Думаете, мне было легко? Ей пришлось дважды считать до трех, прежде чем я согласился.
Банда хотел возразить, но в это время Роза вернулась в комнату. В руках у нее был атташе-кейс.
– Это мой первый взнос и документы, – объяснил Мамаев. – Он погасит первые проценты.
Он взял у дочери портфель и взвесил на руке.