— Да.
— Он был в пижаме?
— Да.
— Вы не заметили в его поведении чего-нибудь странного или необычного?
— Нет, — ответил Грей, чуть замявшись.
— Мне кажется, вы не совсем в этом уверены, — тут же отметил Лэм.
Адриан растерянно пожал плечами.
— Да нет, чепуха. Я просто удивился, почему у него открыта дверь, вот и все.
— Она была совсем открыта?
— Да.
— И что делал Хэйли?
— В том-то и дело, что ничего. Стоял себе возле кровати и глазел на дверь.
— Как будто ждал, когда вы пройдете мимо и его увидите.
— Ну, в общем, мне тоже так показалось, хотя это скорее из области эмоций.
— Иными словами, он хотел, чтобы вы подтвердили, что в одиннадцать часов видели его в комнате и он был готов ко сну?
Адриан покачал головой.
— Надеюсь, вы не ждете от меня ответа на этот вопрос?
— Ну, хорошо, оставим это. Что вы делали дальше?
— Боюсь, ничего особенного. Дошел до своей комнаты и сидел там, пока не услышал, как Лайла вышла из своей комнаты.
Лэм задал еще несколько вопросов, заставив детально проанализировать весь вечер, и наконец отпустил.
— Немногого же мы добились, — сказал он, когда дверь за Адрианом Греем закрылась. — Ну что ж, попытаем счастья с мистером Хэйли.
Эрик Хэйли, развалившийся в том же кресле, где только что сидел Адриан, являл собой полную его противоположность. Румяный, бодрый и никогда и ни в чем себе не отказывающий, он посматривал на инспектора с видом радушного хозяина, который рад исполнить любую прихоть и пожелание дорогого гостя.
— Уверен, инспектор, вы понимаете, что в моих же интересах покончить с этим делом как можно скорее.
— Разумеется, мистер Хэйли, — сухо ответил Лэм. — Дело в том, что сейчас мы пытаемся воссоздать ту субботнюю ночь, точнее сказать, отрезок времени с одиннадцати часов и до четверти первого. Если бы вы могли рассказать нам, что в это время делали, видели или заметили…
— Боюсь, не смогу, — тут же ответил Хэйли. — Мы с кузеном пропустили перед сном по рюмочке и где-то в половине одиннадцатого разошлись, после чего я тут же поднялся наверх и принял ванну. А в начале двенадцатого уже спал как младенец.
Лэм кивнул.
— Да. Мистер Грей проходил мимо вашей комнаты в одиннадцать часов и видел вас в пижаме. Дверь была открыта. Не могли бы вы, кстати, объяснить почему?
Хэйли рассмеялся.
— Потому что я ее не закрыл. Да будет вам, инспектор! Вы бы спросили еще, почему у собаки четыре ноги.
Лэму, однако, было сейчас не до шуток.