Осторожно берет меня за руку:
- Собирайся? Или ты сама не справишься? Помочь тебе?
И меня как старушку-инвалида, медленно придерживая за руки, поднимают на ноги с кровати. Стою. Все безразлично. Лео медленно накидывает мне на плечи теплую длинную кофту и плавно по одной продевает руки в рукава. Застегнув передние пуговицы и заставив кофту натянуться, обозначая мой уже откровенно большой живот, тянет за руку в сторону двери. У выхода, наклонившись, переобувает меня. Механически, не осознавая, приподнимаю ноги, позволяя ему сменить домашние тапки на балетки.
Идем дальше. Лифт, крыльцо и вот - мы на улице. Действительно вечер очень хорош. Я на миг выныриваю из своей апатии, чтобы ощутить свежий ветерок колышущий свободные волосы.
- Куда хочешь? - голос Лео полон скрытой надежды.
- В парк, - бормочу стандартный ответ, - к скамейке.
- Опять в парк, - горестный вздох и опять с этим щенячьим видом глаз, - а может быть в кафе-мороженое? Давай мороженое купим? Вкусное, с медом, как ты любишь...
Не надо про мед, мысленно почти кричу я. И только без слов качаю головой:
- В парк.
Лео, смиренно кивнув с обреченным видом, берет меня за руку и ведет в парк.
- И чего тебе эта скамейка. Дался этот парк. Что парков рядом мало? Давай хоть раз в другой сходим. Так нет, все туда и туда, - недовольно бормочет Лео, топая рядом.
Но я не слышу. Я опять далеко. Даже вижу нас со стороны. Несуразно смотримся. Какая-то растерянная и всклокоченная девушка, а рядом нелепый тип-одуванчик в очках. Обхохочешься! Только не смешно почему-то. Наверное, потому, что про меня...
Мы достигаем моей роковой скамейки, дважды ставшей беззвучной очевидицей моего перемещения. Я сначала тревожно замираю рядом, закрыв глаза и пытаясь ощутить что-нибудь... Сама не знаю что. Ветер перемен, наверное. Но ветра нет, рядом еле слышно шумят родные деревья, и никакого намека на ощущение перемещения нет. Зачем хожу сюда? Только еще больше толкаю себя в омут отчаяния и безнадежности. Раз за разом вернувшись из парка ощущаю себя все более подавленной и отчаявшейся. Иду туда всегда пусть и робкой, спрятанной от самой себя, но надеждой. А возвращаюсь... с еще на одну частичку больше омертвевшим сердцем. И так день за днем. Скоро оно совсем окаменеет и я... Что? Умру? Не могу, надо жить ради детей.
Но как тогда объяснить Видения их Знающих обо мне и детях, как же мой сон, где Нургх был со мной на берегу реки в Визгарде. И радужка глаз была льдистой! Это ведь нам еще только предстояло. Хочется поднять голову и громко закричать прямо в небо о том, как все это несправедливо!!! Нельзя нас разлучать, мы одно целое. И каждый из нас без другого нормально жить не сможет...
Точно! Как же я раньше не подумала? Он же там тоже... мучается. А, значит, найдет способ нас вернуть. Я уверена! Уверена!!!
Резко прихожу в себя. А я что творю? Медленно, но верно гублю и себя и деток. А надо, надо все лишь продержаться, дождаться, когда помощь придет. Он же там не один. Есть Ригард, Киен и Нитрок тоже. Я же ему браслеты вернуть должна. Мешочек с ними теперь всегда висит у меня на шее. Они вместе точно справятся, вернуться за мной!
В душе расплывается ощущение тепла, оживляя меня. Я просыпаюсь, хочу жить, хочу быть счастливой. И буду!
- А давай в кафе-мороженое! - развернувшись к Лео, огорошила парня согласием.
Глава 2
Нургх
Мы растерянно уставились на сиреневоглазого, не зная как реагировать на эту новость. Убийцы своих братьев? Изгнанники?
- Я, когда твой отец сказал о дневнике последней женщины, найденном им, испугался, что на него тоже было оказано соматическое воздействие, побудившее напасть на тебя - поднять руку с оружием на собственного сына. Ведь они именно так и поступали в том мире - отец шел против своих детей, или дети нападали на родителей. Наши древние предки обладали этим очень сильным даром, сейчас проявляющимся, но гораздо слабее, только у целителей. Что странно... Наши предки, представлявшие четыре рода, которые так и сохранились у нас, постарались с фанатичной гарантией закрепить все свои способности и навыки в грядущих потомках. Не понимаю, почему они вообще так стремились обязательно закрепиться в этом мире, получить шанс для нас вырасти в полноценный народ и стать частью этого мира. Лучше бы они тихо дождались своей смерти! - Нитрок закончил полным горечи голосом и перевел дыхание.
- А родов, что больше? В том мире? И что за мир? - Ригард был в своем репертуаре.
- Точно больше, известно даже, что там были темноволосые шаенги. Мир, из которого они пришли, называется Верлиней.
- Это все очень познавательно, но ничем не поможет нам, - оборвал я готовый сорваться следующий вопрос Ригарда.
- Я поясняю, чтобы вы были готовы и понимали с кем... общаетесь, знали чего ожидать, - тихо ответил Нитрок.
Мы недоуменно уставились на него. Он, что хочет сказать, что кто-то там остался, пережив века нашего существования??! Это невозможно! Но тут мне вспомнились собственные ощущения чужого присутствия и опасности в подземелье. Поэтому продолжение рассказа я слушал уже со всем вниманием, запоминая каждую деталь.
- Нам не известно, каким образом строились у них в мире семейные отношения, но вряд ли так, как они организовали для нас. Но из пятидесяти пришедших шаенгов только восемь были парами. Всего четыре женщины пришли в этот мир... А ведь именно женщины народа шаенгов обладали самой большой силой и магией. Они могли наравне с мужчиной возглавлять род, - Нитрок замолчал, собираясь с мыслями. - Так вот, все женщины на Ниаре погибли в первый же год! Никто из мужчин не умер. И совершенно непонятно чем это обусловлено. Но, полагаю, что знали древние. Именно поэтому они так стремились быстро вернуться обратно в родной мир, а после неудачи разработали Обряд, Зов, Связующие браслеты и... уничтожили всю информацию о себе и своих разработках. Мы даже не знаем в чем причина неудачи. Хотел бы я знать, где сейчас этот дневник, найденный твоим отцом и что в нем за информация? Как вообще возможно, что он не был обнаружен за прошедшие века, когда абсолютно все оставшееся от древних изучали множество раз.
Нитрок снова замолчал и задумчиво прошелся вдоль стены, касаясь ее.
- Это то, что касается общей информации, которой мы обладаем. Теперь поясню в чем риск. Наш род изначально был оставлен в Оайзире для присмотра за местом прибытия древних, для охраны этой территории. Мы обязаны никого не пропускать внутрь. Но шаенги нашего рода, понятно, такой доступ имеют. И вот за всю историю нашего рода было несколько таких случаев. Молодые, стремящиеся к славе, и желающие приключений шаенги решали, что именно они смогут разгадать все секреты наших предков и тайно уходили в подземелье. Нормально не вернулся никто... Они либо были безумны и страшно напуганы. Все наши усилия вернуть их не принесли результата. Порой результат был даже обратный - они, находясь под соматическим воздействием, пытались совершить жуткие поступки. Но большая часть были мертвы, когда мы обнаруживали их. Причем погибли они явно мучительно, - Нитрок многозначительно умолк, оценивая нашу реакцию.