Сады Шахерезады: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

-Отверткин, вставай, хватит притворяться. Я уже не маленький, чтоб меня так по-дурацки разыгрывать.

Охранник не отвечал и ни на что не реагировал.

-Ну ладно. Как хочешь.

Мальчик приложил палец к подбородку и задумался. Потом хитро улыбнулся и украдкой, на цыпочках, подобрался к рабочему месту Отверткина композиции из дивана, стола и видеосистемы. Залез в ящик стола, выудил оттуда наплечную уздечку с кобурой. Большой пистолет оказался неудобно тяжелым, его рукоять едва помещалась в маленьких ладошках. Держа добычу в вытянутых руках, ребенок направил ствол в лежащего Отверткина, выпятил вперед нижнюю челюсть, копируя брутальное выражение физиономий мультипликационных злодеев и пиратов, и прорычал сквозь стиснутые зубы:

-Вставай, подлый трус. Выходи на честный бой. Я, благородный рыцарь дон Мигель Санчес де Кастелламаре вызываю тебя на дуэль. И пусть само небо рассудит нас!

Благородный рыцарь подпрыгнул, дернув ногами, приземлился возле бездыханного тела и упер дуло пистолета в лоб "подлого труса".

Грозный вызов не был принят.

Мальчик поскучнел. Несколько минут он сидел на полу, обдумывая поведение своего телохранителя. Затем, что-то вспомнив, встрепенулся и осторожно поднес блестящую сталь пистолета к губам лежащего, с трудом удерживая оружие в равновесии. Чуть погодя осмотрел ствол. Результата не было - дыхание не замутнило гладкой поверхности.

-Отверткин, - растерянно позвал мальчик. - Ты что, вправду умер?

Он аккуратно положил пистолет рядом с телом и задумался, грызя губу.

-А что же я буду без тебя делать тут?

Алек отошел от тела и опустился в кресло. Внимательно посмотрел на свою левую пятку. Вздохнул. Ухватил с тарелки принесенное Отверткиным пирожное, стряхнул с него на пол осколки бывшего стакана и начал жевать.

-У-ух! - ужасное дитя досадливо сморщилось. - Отверткин. Я же забыл у тебя спросить. Что такое ахелесова пита? Она мне приснилась сегодня. Ты не знаешь?

Отверткин не знал. Мальчик вытер вымазанные в креме руки об обивку кресла.

-А! Ты же меня не слышишь.

После этих слов он надолго замолчал. Хмурил белесые брови, что-то беззвучно шептал, опять кусал палец. Наконец, мордашка его просветлела и мальчик радостно засмеялся.

-Отверткин, а я понял! Твои желания исполняются. Ты станешь вечным и этот дом будет твоим! Навсегда! Я сделаю так. Зря ты мне не верил.

Он сделал паузу, будто надеясь услышать восторженные отклики со стороны Отверткина, и торжественно продолжил:

-Ты будешь привидением! Будешь жить вечно. Здесь. В этом доме. Поэтому он будет принадлежать тебе. Не моему папе. Тебе! По-настоящему. Понимаешь, Отверткин? По-другому это сделать никак нельзя было. Теперь ты мне поверишь? Если я проведу тебя туда, где становятся привидениями?

Мальчуган беззаботно щебетал, болтая ногами. То, что мертвый собеседник участвовал в разговоре лишь своим безответным, равнодушным молчанием, его не смущало. Бессловесное общение для малыша было привычным не менее, чем вербальное.

-Ты знаешь, Отверткин, что нужно, чтобы стать привидением? Нужно попасть на дорогу Призраков. Она не здесь. Она далеко. В Нездешнем мире. Ее еще называют Кольцом Возвращения. Некоторых она находит сама. А тебя я провожу к ней, потому что ты сам не найдешь ее. Нездешний мир не похож на наш. Там легко заблудиться. Я знаю, что ты меня сейчас не слышишь. Чтобы говорить с мертвыми нужно кое-что сделать. Но сейчас это не пригодится. Тут нужно другое.

Малыш зажал в ладошке второе пирожное и погрузился в свои нелегкие мысли, время от времени покусывая сладкую мякоть. Мир перестал для него существовать. Были только он сам, мертвый Отверткин и разделяющая их граница Нездешнего, которую нужно преодолеть, чтобы выполнить обещанное.

-Отверткин! - произнес наконец мальчик. - Я доведу тебя туда, как обещал. Но мне самому для этого нужен проводник. Нездешний мир плохо принимает живых. А умереть я сейчас не могу. Без проводника я там ничего не увижу. Живые там становятся слепыми. Наверное, так надо. Так правильно. Ты не обидишься, если тебе придется немножко подождать меня? Ты только не уходи никуда, я сам тебя найду. Мне только нужно что-нибудь еще живое, но уже обещанное Нездешнему. То, что скоро должно умереть. Подошла бы какая-нибудь полудохлая кошка. Но я здесь не видел никаких кошек.

Алек спрыгнул с кресла, подошел к раскрытому настежь окну. Подскочил несколько раз, взобрался с ногами на подоконник,сел и прижал колени к подбородку, обвив их руками. Сплетенье поз Эмбриона и Грустного Бога, отдыхающего после трудной работы. Божественное дитя. Чудовищное дитя.

-Хотя бы даже муха, - продолжал мальчуган. - Но только мухи хватит ненадолго. А дорога у нас с тобой будет длинная. Ты ведь не откажешься от своей вечности, Отверткин?

Малыш повернул чуть встревоженное предположением лицо к телу охранника. И сразу же успокоил себя:

-Конечно, не откажешься! Это ведь твое желание, а не мое. Ничего другого я для тебя уже сделать не могу, - немного виновато оправдался он.

Но вина тотчас была забыта, заслоненная удивительным зрелищем. Прямо на ребенка решительно летела черно-желтая полосатая оса. В челюстях (или что там бывает у ос на месте рта?) у нее был зажат - мальчишка от изумления широко раскрыл рот и выпучил на осу глаза - огромный, для столь маленького насекомого тела, конечно, огромный, кусок цемента. Малыш вжался в боковину окна, освобождая непостижимой осе дорогу. Но та безропотной вежливостью не воспользовалась. Не пересекая границ оконной рамы, оса подлетела к одному из цементных стыков между кирпичами в проеме окна и занялась делом. Трудолюбивое насекомое замазывало что-то в стене своим куском строительного материала. Алек наблюдал за работой осы с восторженным интересом, позабыв захлопнуть рот.

Приклеив заплатку, оса улетела. Мальчуган, отмерев, принялся лихорадочно копаться в собственных карманах. Отыскал среди многих нужных вещей короткий металлический стерженек и начал царапать им "осиное место". Цемент поддавался легко и через несколько мгновений отвалился совсем, открыв маленькую дырочку размером с осиное брюшко. Углубление в стене было плотно забито каким-то белым веществом. Мальчик расковырял дырку пошире и ойкнул, брезгливо присмотревшись.

Осиный клад оказался скопищем тесно упакованных белых червяков.