Петр Владимирович понимал, что, если еще эти две выстроятся у доски, наказание обернется смехом. Девчонки стояли за своими партами. Одна с ухмылочкой, другая растерянная.
— Раньше за вашу смелость я готов был назвать вас изыскателями, а теперь уж и не знаю, неужели тюфяками?
— Да кто же эти тюфяки? — не выдержала Галя Крышечкина.
Петр Владимирович с удовольствием заметил, что многие с нескрываемым любопытством уставились на него.
— Ключарев, можешь садиться. Остальные нарушители дисциплины, еще десять минут постойте. — Он заходил по классу, внимательно просматривая тетради. — Имейте в виду, чем скорее вы кончите готовить уроки, тем больше у нас с вами останется времени для одного интересного разговора.
Встал круглолицый толстенький мальчик и внушительно отрубил:
— Давайте не поднимая головы!
С этим мальчиком Петр Владимирович еще не познакомился, но ему уже успело понравиться открытое лицо, живой взгляд из-под длинных мохнатых ресниц.
— Ну а тебя как зовут? — с улыбкой спросил он.
— Игорь Ершов! — бойко отчеканил мальчик.
Стоявшие у доски вернулись на свои места. И опять заскрипели перья, опять зашелестели бумаги. По временам то один, то другой подходил к Петру Владимировичу и молча подавал ему на проверку тетрадь. Потом занимались географией. Тридцать пар губ невнятно забормотали названия горных хребтов в Азии: «Куэнь-Луиь, Гималаи, Тянь-Шань…»
Петр Владимирович, сидя за столом, видел одни только наклоненные головы — темные и светлые, вихрастые и аккуратно причесанные, с двумя косами, с одной косой, с челочкой и с бантиком…
Один за другим закрывались учебники, спешно убирались в парты книжки и тетради… Все! Кончились уроки. — Теперь рассказывайте, рассказывайте!..
ЕСЛИ ПРИЖАТЬ ПАЛЬЦЫ К ВИСКАМ…
Они пересели поближе, теснясь за партами втроем, даже вчетвером.
— Дежурным пора убирать и мыть класс, — нерешительно заметила Нина Вьюшина.
Но никто не обратил внимания на благоразумные слова старосты класса.
— Рассказывайте, рассказывайте!
Петр Владимирович встал, вобрал побольше воздуха в легкие, заговорил:
— Я боюсь, что разочарую вас. Вы ждете какой-нибудь занятной истории, а я буду говорить совсем о другом. Поднимите обе руки и прижмите кончики своих пальцев к вискам. Вот так.
Все, подражая Петру Владимировичу, с удивлением глядя на него, взяли себя за виски.
— Чувствуете, как у вас под пальцами словно два шарика прыгают — один на правом виске, другой на левом?
И правда, вскоре все нащупали у себя под кожей два невидимых живых шарика.
— Это вы поймали изыскательскую жилку. Ну а теперь слушайте. Когда я еще мальчиком был, к нам в школу пришел один доктор. Он вовсе не собирался нас лечить, а позвал весь класс с собой в туристский поход. Некоторые наши ребята отказались, предпочли на курорты поехать, к бабушке на дачу, в пионерский лагерь. А половина класса пошла. И знаете зачем? Искать красоту нашей Родины. Интересный был доктор, уже пожилой, а такой неугомонный, такой непоседа, все что-то выдумывал, изобретал, разные занятные истории рассказывал… Вот как-то сидим у костра, погода холодная, дождик, обувь промокла… Мы совсем замерзли и, признаться, приуныли. Доктор тут и научил нас, как эти изыскательские жилки у себя на висках отыскивать. Он так сказал: «Кому скучно, кто к маме домой захотел, кому надоело по дорогам бродяжить, тот эту самую жилку у себя никогда не найдет. Такой турист-нюня тюфяком называется. И те, которые побоялись с нами в поход пойти, те тоже тюфяки».
— А мы уже давно свои жилки нашли, — сразу прервало Петра Владимировича несколько голосов.
— Нашли? Ну и прекрасно.
Он стал ходить по классу и говорить:
— Если хотите называться изыскателями, всегда стремитесь вперед, ищите беспрестанно и всюду, даже у себя дома, даже у себя в классе…
Галя Крышечкина вдруг торопливо задвигалась за партой. Она наклонялась то туда, то сюда, перебирала книжки, шарила в парте…
— Что ты ерзаешь? — досадливо повернулся Петр Владимирович.