Люди XVI столетия относились к смерти более спокойно, чем Достоевский. В 20-х гг. Гольбейн выпустил серию небольших ксилографий «Пляски Смерти». Здесь Смерть, как правило, не вызывает никакого ужаса и страха у тех, к кому она приходит. Несмотря на отталкивающий облик, Смерть выглядит полноправной обитательницей земного мира и по-будничному просто занимается своим ремеслом: уводит за руку епископа от его паствы, наливает последний кубок вина королю, помогает крестьянину допахать его поле, с оружием в руках встречает солдата в бою.
В 1529 г. мастер написал для базельского бургомистра Якоба Майера образ Богоматери. Вечная идея покровительства Богоматери передана трогательно и наивно: Мария, с простым и кротким лицом крестьянки, накрывает своим плащом супругов Майер и их детей.
Осенью 1526 г. Гольбейн, запасшись рекомендациями известного философа и писателя Эразма Роттердамского (1469–1536), портреты которого он неоднократно писал, отправился в Англию. В Лондоне благодаря этим рекомендациям он нашёл тёплый приём в доме друга Эразма Роттердамского — первого советника короля Генриха VIII, одного из основоположников утопического социализма Томаса Мора (1478–1535). Во время этой поездки художником был написан портрет многочисленной и счастливой семьи Моров, который сгорел в XVII в.
В 1528 г. Гольбейн вновь переехал в Базель. Сначала он получил от городского Совета заказ на росписи здания ратуши, но когда власть в городе перешла в руки протестантской иконоборческой партии, художник оказался без работы. В 1532 г. Гольбейн был вынужден навсегда расстаться с семьёй. Он вновь отправился в Англию, но там его ждали печальные известия. Друг и покровитель мастера Томас Мор за несогласие с антикатолическими реформами Генриха VIII попал в опалу, а затем был казнён. Некоторое время Гольбейн жил за счёт заказов своих земляков — купцов из Германии. В портрете Георга Гисе (1532 г.) передан дух бюргерской среды. Долговые расписки, расчётные книги, весы — естественное окружение торговца.
В 1533–1534 гг. Гольбейн создал портреты членов французского посольства при лондонском дворе. На портрете посол Шарль де Моретт (1534 г.) смотрит на зрителя спокойно и гордо. В его уверенной позе, изысканно-сдержанном стиле костюма чувствуется подлинный аристократизм. Живые чёрные глаза посла оттеняет благородная проседь в бороде, а белизна рукавов рубашки эффектно контрастирует с чёрным атласом камзола. В 1536 г. Гольбейн был приглашён ко двору Генриха VIII. Портрет короля (1538 г.) композиционно повторяет портрет синьора де Моретта, но при сопоставлении неприятно поражает надменная осанка короля и вызывающая роскошь его наряда.
В 1543 г. Ганс Гольбейн Младший в расцвете творческих сил умер в Лондоне от чумы. Его живопись, с её декоративностью, благородной сдержанностью, тонким психологизмом, послужила основой для создания английской живописной школы.
Ганс Гольбейн Младший был последним крупным немецким живописцем XVI в. То, что его творчество протекало в основном вне пределов родины — факт весьма характерный. После 1529 г. изобразительное искусство Германии переживало кризис, последствия которого были окончательно изжиты только к началу XIX столетия. Идейные битвы Реформации расшатали средневековые основы Возрождения в Германии. Иконоборческое движение, прокатившееся в 20-е гг. XVI в. по Швейцарии, Эльзасу, Вестфалии, нанесло церковным памятникам не меньший ущерб, чем в Нидерландах. Вожди немецкой Реформации не отрицали религиозного искусства, но чаще всего они были к нему равнодушны. Мартин Лютер писал, что ему безразлично, есть или нет в церквах картины и статуи. Однако добавлял: «Хотя лучше, если бы их вовсе не было». Протестанты, впрочем, прибегали к изобразительному искусству для проповеди нового учения. Итогом совместного творчества богословов и художников стали сложные и надуманные картины — аллегории, унылые иллюстрации к протестантской проповеди. Немецкие католические художники, подчинённые предписаниям церкви, также утратили вкус к творчеству.
Искусство арабских стран, Ирана и Турции
География современного арабского мира удивительно разнообразна. Обрамлённый морями и заливами Индийского океана Аравийский полуостров поделили между собой Саудовская Аравия, Йемен, Оман и небольшие государства, обращённые к Персидскому заливу. Ирак стал преемником цивилизаций Месопотамии; Сирия, Ливан и Иордания занимают территории древних Сирии, Финикии и частично Палестины, на землях которой произошли события библейской истории. Египет унаследовал простиравшиеся вдоль Нила владения Древнего Египта. На североафриканском побережье Средиземного моря, получившем у средневековых арабских географов наименование Магриб (араб. «запад»), расположены государства Ливия, Тунис, Алжир и Марокко.
История и культура арабских стран тесно связаны с Ираном и Турцией, которые в свою очередь оказали влияние на художественные традиции Средней Азии и Кавказа.
Аравия в древности была частью мира, о котором рассказывает Библия — священная книга иудеев и христиан. Аравийцы, которые в основном были семитами, говорили на языках, близких и понятных народам Палестины и Сирии, и издавна поддерживали с ними торговые и культурные связи.
Среди аравийцев долго сохранялись первобытные верования: обожествление небесных светил, камней, источников, деревьев. Сама природа Аравии — необъятные безжизненные пустыни и пленительные цветущие долины, палящий зной днём и нестерпимый холод ночью, внезапно налетающие бури, миражи и коварные песчаные бездны, способные поглотить целые караваны, — порождала поверья о злых и добрых джиннах (духах). Эти представления прочно вошли в мир арабских сказок.
В первой трети VII в. в городе Мекке (на западе Аравийского полуострова, ныне — Саудовская Аравия) возникла новая религия — ислам. Основатель ислама Мухаммад (около 570–632), выходец из мекканской купеческой среды, осознал себя Пророком в сорокалетнем возрасте. В своих проповедях и наставлениях он передавал воспринятые им божественные откровения (сначала в Мекке, а затем в Медине — городе, расположенном к северу от Мекки, где он прожил последние десять лет своей жизни). Проповеди Мухаммада позднее были записаны и составили Священную книгу мусульман (последователей ислама) — Коран. С утверждением новой религии Мекка стала священным городом мусульман.
Мусульманская община, созданная Мухаммадом, быстро развивалась и во второй половине VII в. превратилась в сильное государство, глава которого — халиф — одновременно был его духовным и политическим правителем. После смерти Мухаммада пришедшие ему на смену четыре «праведных халифа», а затем их преемники сумели сосредоточить в своих руках огромную власть и создать небывалых размеров державу — Арабский халифат. В VIII в., когда Халифат пребывал в зените могущества, его владения простирались от побережья Атлантического океана на западе до берегов Инда и Сырдарьи на востоке. Ислам постепенно распространился среди народов, подчинённых власти халифов. Язык Корана — арабский — стал языком государственной администрации и межнационального общения. Коран и хадисы (рассказы о поступках и высказываниях Пророка Мухаммада, почитаемые как сунна — образец святости и правоверия) составили основу мусульманского образа жизни и государственного управления.
Отношение ислама к знанию как к одному из признаков всемогущества Бога — Аллаха — и необходимому условию истинной веры поощряло развитие науки, а вместе с тем и искусства, которое считалось видом знания. В VIII–XIII вв. на арабский язык были переведены многие сочинения греческих, римских и византийских авторов. Таким образом достижения античной философской и научной мысли стали достоянием культуры Халифата, а затем, через арабские источники, распространились и в средневековой Европе.
Ислам и изобразительное искусство
Ислам никогда не допускал возможности внешнего сходства Бога с человеком или другим земным существом, поэтому изобразительное искусство оказалось исключённым из религиозной жизни мусульманина, оставаясь достоянием главным образом светской культуры. Хотя Коран не запрещал изображать людей и животных, в некоторых хадисах говорилось о том, что Мухаммад порицал таких художников. Придавая изображению реальную форму, человек тем самым как бы оспаривал у Бога его исключительное право на творчество, нарушая главное положение ислама «Нет Бога, кроме Аллаха…». Начиная с IX в. подобные утверждения появлялись и в богословских сочинениях, но всякий раз находился толкователь, разъяснявший, что запрет касается не изображений как таковых, а использования их в качестве объектов поклонения.
Художник, не смея уподоблять свои произведения Божьим творениям, не стремился воспроизводить земную реальность. Мусульманин воспринимал земной мир как иллюзию мира подлинного, сокрытого от глаз смертного. Этот истинный мир совершенной красоты следовало постигать умозрительно, разумом, через цепь отвлечённых понятий и ассоциаций, вызываемых чтением Корана, произнесением молитв, начертанием и созерцанием священных надписей с цитатами из Корана, хадисами, именами Аллаха, Мухаммада и праведных халифов. Не изображение, а слово, художественно оформленное в виде надписи или графического символа, стало главным носителем религиозной идеи ислама. Священное слово Корана, начертанное на входах-порталах и стенах зданий, написанное на переплётах и страницах рукописей, включенное в узоры на тканях, коврах, изделиях из керамики[136], стекла или металла, вплетённое в орнаменты на фонтанах и надгробиях, сопровождало мусульманина всю жизнь. Это слово вмещало в себя целый мир духовных переживаний верующего, давало ему подлинное эстетическое наслаждение. Каллиграфия[137] и орнамент[138] — декоративные формы воплощения представлений о бесконечном многообразии и красоте сотворённого Аллахом мира — стали основами художественного творчества мусульман.
Согласно Корану, красота есть результат мудрой деятельности Аллаха на благо человеку и, следовательно, красивое должно быть прежде всего полезным, целесообразным. Руководствуясь этим принципом, правители Арабского халифата охотно использовали традиции и опыт покорённых народов. Занимая древние города Палестины и Сирии, арабы приспосабливали к своим нуждам городское хозяйство и существующие здания, как жилые, так и культовые, руководствуясь хадисом: «Самая бесполезная вещь, пожирающая богатство верующего, — строительство». Новые здания возводились лишь там, где в них возникала потребность.
[136] Керамика (от греч. «керамос» — «глина») — изделия из обожжённой глины с различными добавками.
[137] Каллиграфия — искусство изображения слова.
[138] Орнамент — искусано изображения знака, символа.