«Ну конечно»,– подумал Мэй. Подойдя к этой паре, он взял Декстера под локоть.
– Пошли, Декс. У тебя нет на это времени.
Декстер взял женщину под руку:
– Она идет с нами.
– Нет, она не идет.– Мэй вежливо кивнул блондинке: – Извините, мисс, но он слегка перебрал...
– Она никогда не занималась этим в невесомости,– заявил Декстер.
Мэй оттащил его в сторону.
– Послушай, приятель, ты накликаешь беду на наши головы. Женщины такого типа...
– Что ты хочешь сказать своим «женщины такого типа»? – требовательно спросила блондинка.
Мэй обернулся к ней.
– Обычно имеют своих собственных кавалеров,– ответил он по существу.
– Ему сто три года,– ответила блондинка.– И в настоящее время он сидит в баке с омолаживающим супом.
– Вот видишь? – сообщил Мэй Декстеру.– Она занята.
– Но, Мэй...
– Только не на моем корабле. А теперь пошли. И он потащил Декстера прочь, но в этот момент к ним приблизилась внушительная фигура в форме Милиции Безопасности Тетроса.
– Какие-либо проблемы?
Декстер уставил палец на женщину:
– Он не дает мне...
Мэй ткнул его локтем в живот.
– Ничего, офицер,– пояснил он.– Если вы не против, уберите, пожалуйста, эту женщину отсюда. Она в него вцепилась, и черт меня побери, если я отдам тысячу кредитов за дешевый перепихон в условиях невесомости.
– Перепихон в условиях невесомости,– повторил офицер.
– Я увожу его,– продолжал Мэй.– Вы не могли бы арестовать ее или что-нибудь в этом роде? По крайней мере, убрать ее подальше отсюда?
– Подальше отсюда,– отозвался офицер.
– Привет, Ал,– нервно проговорила блондинка. У Мая в горле встал комок. Он оглянулся на офицера. Платиновая табличка с именем подмигнула ему в свете фонарей: ДЖ. АЛБЕРТ.
– Тебе есть, что сказать за себя самого, космолетчик?
– Ты не выглядишь на сто три года,– пробормотал Мэй.
Затем пришел удар в грудь Мэя. Он плохо помнил, что произошло после, если не считать краткого ощущения полета и звука бьющегося стекла.
2
Ему слышались нежные скрипки, тихие флейты и арфа. И когда Мэй открыл глаза, все вокруг было светлого оттенка зеленого цвета. В ногах его кровати сидела красивая женщина; она заполняла карту и нежно подпевала в такт музыке.
– Проклятье,– сказал он.