— Ты как, очнулся? Или опять сейчас отключишься? — Наклонилась она ко мне.
Хотел сказать, что очнулся, но закашлялся, вот теперь я и почувствовал свое тело, которое взорвалось сумасшедшей болью.
В очередной раз очнулся в сумерках, тело опять не чувствовалось, зато зрение работало нормально, что позволило оглядеться. Лежал в комнате на двуспальной кровати, на небесно-голубом потолке был нарисован большой полу-раскрывшийся цветок, напротив кровати во всю стену стоял шкаф купе с телевизором посередине. По левую руку окно, с почти полностью задернутой портьерой, рядом с кроватью стоит тумбочка, с правой стороны на стене висит большое зеркало, перед ним стоит длинный, но узкий столик, заставленный разными женскими принадлежностями. Тут же стоит кресло, в котором сейчас никого нет и тумбочка, на которой стоит вода и лежит ящичек с красным крестом — аптечка. За тумбочкой, к которой я стараясь не делать резких движений, потянулся, находилась дверь в другую комнату.
Уже практически дотянулся до бутылки с водой, как зашла Шельма.
— Не шевелись, а то опять сознание потеряешь. — Уложила меня обратно и напоила. Пить все время хочется, жажда дикая.
— Где мы? — Сумел все-таки задать вопрос.
— В квартире, в том доме где на нас морфы напали. Еле затащила тебя бугая сюда.
Но меня другое в ее словах напрягло.
— Морфы?
— Их двое было… Лежи спокойно, сейчас все расскажу.
Напоила меня в этот раз живчиком, принялась рассказывать:
— Как та тварь с окна выпрыгнула, я от испуга смогла как-то переместиться назад, практически в соседний двор… Это ж дар, о котором ты рассказывал?
На что я только утвердительно моргнул глазами. — Призрак три бля. Все могут исчезать, кроме меня.
— Страшно было. — Пожаловалась она мне неожиданно, не ожидал от нее. — Так вот. Переместилась я туда, а там навстречу мне еще одна такая же тварь выскакивает, я от испуга обратно к тебе переместилась, а тут ты в обнимку с этой стоишь и пистолет ей в рот засунул — стреляешь.
Замолчала, видать вспомнился этот момент, вон как ее передернуло.
— Я как увидела, как ты падаешь вместе с ней, а сзади еще и рычание доносится, так с испугу больше, наверное, но разозлилась сильно, обернулась и вторую тварь расстреляла. Весь рожок в нее всадила, она упала, но все равно сильно дергается. Я второй по ней тоже расстреляла, только тогда она успокоилась. К тебе…
Блин. Не люблю женские слезы, а Шельма сейчас всерьез в истерику скатывается и успокоить ее не могу, боюсь шевелиться. Если вырублюсь, ее еще сильней накрыть может.
— Шельма? — Позвал ее тихо. — Успокойся. Нормально все. Живые же остались, а остальное все мелочи.
— Мелочи. Как я из тебя когти ее вытаскивала и думала, живой ты или нет, а когда застонал от боли, то как тебя сюда, на третий этаж затаскивала и боялась, что ты помрешь в любую секунду.
— Ты молодец, все правильно сделала.
— Ты так громко стонал, когда тебя сюда поднимала, а я все боялась, что новые твари набегут на шум что мы там устроили.
— Так надо было спек вколоть сначала, он тут и противошоковый тоже.
— Я забыла о нем, потом уже, в квартире вспомнила, тут же и аптечку нашла.
— А квартиру как нашла?
— Да на каждом этаже, тебя на пол положу и все двери проверяю, пока на третьем открытую не нашла.
— Сходили за вещичками называется, — прошептал себе под нос.
— Вещи кстати тут есть, я себе нашла. В шкафу их много и выбор не плохой и на тебя там тоже найдется, я прикидывала.
— Это хорошо, осталось на ноги встать и убраться отсюда.
— Теперь уже встанешь, то вчера тебя трясло не слабо, несмотря на то, что спек вколола и живчиком поила постоянно.
— Вчера?