Встав на колени, огляделся. Вокруг был перепаханный участок бывшего леса. Земля все в воронках, лежали деревья, кое где дымилось. Опершись спиной о поваленное дерево, которое чудом меня не придавило, стал ощупывать себя. Как я вообще тут выжил, не понятно, но что самое удивительное, я был почти целый. Дырка в боку, уже даже не кровоточит и кожу на голове рассекло, веткой прилетело, остальное в основном ушибы, но сильные и по всему телу. Зато одежда пришла в полную негодность, как еще пенал со спеком уцелел: разгрузка разорвана, магазины нашел под мусором покореженные, как и сам автомат. Глок с кобурой вообще не нашел, срезало ее и куда-то закинуло, как и еще несколько подсумков. Флягу пробило в нескольких местах, так что остался я без живчика, но это только добраться до мешка, там еще Санина фляга есть, как и банка со споранами.
Глянул на ноги: штаны в лохмотья превратились, сапоги и те, на ленты порезанные. Непонятно как сам уцелел. Видать боги за мной приглядывают. Целым остался один пистолет — ГШ 18-й и нож в ножнах, я на них лежал, поэтому и уцелели наверно.
Подобрал пенал, вложил в него рассыпанные шприцы, покачиваясь встал на ноги. Тело еще болело, но уже той остроты не было, можно осмотреться и потихоньку двигать отсюда.
— Живой падла. — Прохрипел я.
В стороне лежал внешник, который шустрый. Без шлема, но в респираторе, и сейчас не снимая его, умудряется пить воду с фляги.
Достал пистолет, передернул затвор и скособочившись на левый бок, побрел к нему.
— Живучий же ты парень, внешник. — Остановился в двух метрах от него и только тогда он меня заметил.
Что можно сказать: выше пояса он практически целый, так, покоцанный слегка. А вот ниже не повезло. Правой ноги ниже колена не было, культя перетянута ремнем и чем-то замазанная. Левая тоже со жгутом, штанина разрезана и нога тоже чем-то замазана. По сторонам разбросаны элементы брони, а рядом с ним лежит раскрытый рюкзак, выпотрошенная аптечка и автомат под рукой. Но до него он уже не успеет дотянуться, как и до пистолета на поясе.
Он посмотрел на меня и как-то потух весь, чуть ли не лужицей расплылся — расслабился.
— Давай разоблачаться будем. Сначала автомат в сторону откинь.
Не сопротивляясь откинул автомат в сторону.
— Теперь пистолет снимай и туда же вместе с ножом.
Заставил снять все подсумки с тела, застегнуть рюкзак и все это молча откидывалось в сторону. Убедившись, что на нем ничего кроме брони не осталось, собрал все его вещи и уселся напротив него.
Минут пять молча разглядывали друг друга. Потом он снял респиратор. Обыкновенное лицо, по улице пройдешь, внимания не обратишь.
— Поговорим? — Таким равнодушным голосом спросил, как будто уже умер.
— Обязательно поговорим. — Кивнул я головой. — Душевно поговорим. Что в фляге?
— Вода витаминизированная.
Открутил пробку, понюхал. Вроде ничем подозрительным не пахнет. Глотнул. Что ж, на вкус приятная чуть кисленькая вода.
Фух. Горло промочил. А то пересохло, аж дышать больно.
— Ты с этого города? С Абазы?
— Здешний. Тебя как зовут?
— Густав.
— И откуда Густав, вы такие взялись?
— С базы прилетели.
— Исчерпывающий ответ. А если поподробней?
— А по подробней я тебе об этом ничего не смогу рассказать. — И заулыбался. В себя приходит видать.
— Это смотря как спрашивать.
— Да как бы не спрашивал. Во мне чип зашит, и как только я начну лишнего говорить, так и окочурюсь.
— А если его выковырнуть?
— Не с вашими технологиями. Его еще найти нужно, а если найдете, то при извлечении тот же результат будет, нужно спецоборудование. Но ты можешь попытаться.