Можно и покупаться. Сидеть и смотреть, как умирает город, никакого желания не было, так что пока есть такая возможность…
— Да, пожалуй, можно и покупаться, пока есть возможность. Пойдем Хомяк, ополоснемся. — И к девчатам. — Вы в окно сильно не маячьте, мало ли кто увидит и решит проверить, что вы здесь делаете.
— Не совсем дуры. Идите уже.
— Пират? Ты с нами или здесь останешься? — Позвал любопытного. Который все это время все закоулки в зале проверял. На зов только мордочка из-под тренажера показалась: посмотрел на меня и быстро скрылся.
— Не хочет он купаться пусть с нами побудет. — Хельга попросила. — Слушай Шатун, а может и этих выпустить, пусть побегают?
— Не надо пока. Пусть сначала привыкнут к нам, а потом уже можно и выпускать будет. А лучше пусть до самого стаба в клетке сидят, меньше мороки.
Вода в бассейне была приятная, но в нем мы надолго не задержались, больше в душевой проторчали, в которой действительно теплая вода была. Не успели мы одеться, как заработала рация и прозвучал обеспокоенный голос Шельмы:
— Шатун — Шельме! Шатун — Шельме! Прием.
— Да что ж ты так частишь? — И взяв рацию в руку, ответил: — На связи Шатун! Прием.
— Шатун! Со стороны парка, отбиваясь от пустышей, в нашем направлении прорываются двое… Странных. — Как-то неуверенно у нее голос прозвучал.
Глава 23
После сообщения Шельмы мы с Хомяком шустро собрались и подхватив оружие побежали к выходу.
— И что это за цирк? — Воскликнул Хомяк.
И там действительно был цирк. За то время, что мы были в душе, обстановка в городе существенно изменилась. Если раньше все чаще на глаза попадались неадекватные, а остальные люди старались поскорее удалиться от таких подальше. То сейчас нормальных людей уже практически не видно, только изредка кое-где мелькнет бегущий человек. Зато появилось много пустышей, большинство пока еще неповоротливые, вяло передвигающиеся в разных направлениях. Но были уже и такие, которые завалили несколько невезучих собратьев — поедали их.
И вот среди всех этих пока еще вялых пустышей, возле самых парковых деревьев два непонятных индивидуума дубасят зараженных. Вернее, один дубасит, а одна рядом держится, страхуя его. Но не это меня удивило, они как будто из прошлого вывалились. Парень одетый в одежду под старину и начищенную до зеркального блеска пластинчатую броню поверх нее. На голове куполообразный клепанный шлем с кольчужной сеткой, прикрывающей шею сзади, в руках держит щит треугольной формы, с нарисованным, если не ошибаюсь львом на нем, в другой руке держит меч, которым плашмя и отоваривает пустошей. Сначала щитом оттолкнет и вдогонку мечом отоварит.
Девушка не менее интересная. Широкая налобная повязка прижимает длинные темные волосы, которые сзади свободно спадают ниже лопаток. Одетая в высокие сапоги, зеленый обтягивающий костюм и поверг него такого же цвета накидка с юбкой бахромой. За спиной помимо сумки еще и колчан со стрелами висит, в руках же держит блочный лук, но пока не стреляет. Пару раз ногой двинула близко подобравшихся пустошей, а дальше с ними уже «варяг» расправляется.
И вот так отбиваясь, от вновь поднимающихся пустошей и наводящихся на блеск брони новых — они медленно двигались вдоль парка в нашем направлении.
Я одного не понимал, какого они вообще дерутся, если давно могли уже смыться. Эти свежие пустоши быстро идущего человека не догонят, а эти выделываются. Ждут пока на шум более матерые подтянутся?
— Ты свистеть умеешь? — Спросил у Хомяка. У самого так и не получилось научиться, сколько не пробовал. Иногда с двумя пальцами получается, но чаще простое шипение выходит.
— Умею. А что?
— Пошли к боковому выходу и оттуда их подзовем, а то эти больные сейчас сюда всех матерых соберут, что и нам достанется.
Открыл ключом боковую дверь, предварительно просканировал пространство — никого не обнаружил рядом. Так что выходили хоть и с осторожностью, но без лишней опаски и сразу к углу здания подобрались.
Выглянули: эта парочка еще метрах в пятидесяти от нас пустышей раскидывала и мне кажется что они и не думали прятаться. Во всяком случае этот варяг точно от происходящего удовольствие получает, судя по азартным выкрикам после каждого удара меча.
— Давай. Только не сильно, а то еще кого высвистишь.
Над площадью пролетел резкий короткий свист, на который тут же повернулась лучница.
Я ей рукой замахал, подзывая к себе. Хватит им там херней страдать.
Девчонка толкнула рукой напарника, указывая рукой в нашем направлении и что-то говоря ему. На что он, даже не глянув в нашу сторону, только отрицательно мотнул головой, продолжая свое бесполезное занятие. В ответ девчонка, пожав плечами и что-то сказав ему, резво припустила в нашу сторону ловко уклоняясь от тянувших к ней руки пустышей.
При приближении к нам она, рассмотрев в наших руках оружие, сначала замедлилась, но потом тряхнув головой припустила с прежней скоростью.
Следом за ней бежал, тяжело топая и звеня на всю округу своим железом — броненосец. Как один остался, так и весь задор пропал. Видимо оставаться один на один с зараженными его совсем не устраивало, и он почти сразу же припустил следом за лучницей.
— К двери бегом! — Не дав ей ничего сказать, направил ее следом за Хомяком, которого отправил туда мгновением раньше.