– Бенджи! – говорит Ти-Пи. – Ты зачем из дома убегаешь? Захотел, чтоб Дилси выпорола?
– Что толку тебе выть там и мычать через забор, – говорит Ти-Пи. – Детишек только напугал. Видишь, на ту сторону от тебя перебежали.
«Как это он открыл калитку?» сказал папа. «Неужели ты, Джейсон, не запер на щеколду за собой, когда входил?»
«Конечно, запер», сказал Джейсон. "Что я, дурак? Или, по-вашему, я хотел, чтобы такое стряслось? В нашей семье и без того веселые дела. Я так и знал – добром не кончится. Теперь-то вы уж, я думаю, отошлете его в Джексон.4 Если только миссис Берджес его раньше не пристрелит…"
«Замолчи ты», сказал папа.
«Я так и знал все время», сказал Джейсон.
Я тронул калитку – не заперта, и я держусь за нее, смотрю в сумерки, не плачу. Школьницы проходят сумерками, и я хочу, чтоб все на место. Я не плачу.
– Вон он.
Остановились.
– Ему за ворота не выйти. И потом – он смирный. Пошли!
– Боюсь. Я боюсь. Пойду лучше той стороной.
– Да ему за ворота не выйти.
Я не плачу.
– Тоже еще зайчишка-трусишка. Пошли!
Идут сумерками. Я не плачу, держусь за калитку. Подходят небыстро.
– Я боюсь.
– Он не тронет. Я каждый день тут прохожу. Он только вдоль забора бегает.
Подошли. Открыл калитку, и они остановились, повернулись. Я хочу сказать, поймал ее, хочу сказать, но закричала, а я сказать хочу, выговорить, и яркие пятна перестали, и я хочу отсюда вон. Сорвать с лица хочу, но яркие опять поплыли. Плывут на гору и к обрыву, и я хочу заплакать. Вдохнул, а выдохнуть, заплакать не могу и не хочу с обрыва падать – падаю – в вихрь ярких пятен.
«Гляди сюда, олух!» говорит Ластер. «Вон подходят. Кончай голосить, подбери слюни».
Они подошли к флажку. Вытащил, ударили, назад вставил флажок.
– Мистер! – сказал Ластер.
Тот обернулся.
– Что? – говорит.
– Вы не купите мячик для гольфа? – говорит Ластер.
– Покажи-ка, – говорит тот. Подошел, и Ластер подал ему мяч через забор.
– Ты где взял? – говорит тот.
– Да нашел, – говорит Ластер.
– Что нашел – понятно, – говорит тот. – Только где нашел? У игроков в сумке?
– Он во дворе у нас валялся, – говорит Ластер. – Я за четверть доллара продам.
– Чужой мяч – продавать? – говорит тот.