Арно стал надевать на себя странную амуницию. А Макс тем временем освободил от сумки ноутбук, включил его, затем помог Арно застегнуть бронежилет.
Стив подал Арно упаковку горького шоколада.
Макс, пропустив вперед Стива, вышел из кабинета.
Прошло несколько минут, затем дверь открылась, выглянул Арно, уже без балахона и бронежилета.
Макс и Стив вошли в кабинет. Содержимое целлофановой упаковки через длинный шлейф было подключено к ноутбуку, но прикрыто балахоном и бронежилетом.
Макс подошел к ноутбуку, открыл упакованный файл, бегло просмотрел информацию, доставленную в столь оригинальной упаковке.
На лице Макса появилось выражение, которое Арно называл наслаждением ума.
Макс перекинул информацию на свой ноутбук, кивнул Арно.
Арно отсоединил от шлейфа винчестер, достал его из — под балахона и бронежилета, подал хозяину.
Макс выключил ноутбук, поднялся на ноги:
— Где Марк Джойс?
— Уже на работе. Я провожу вас, мистер Захаров.
В сопровождении Арно и Стива, Макс прошел в офисную часть аудиторского центра.
Стив открыл дверь в один из кабинетов. Они вошли в большое помещение, разделенное на две части офисными перегородками.
Марк Джойс стоял к ним спиной у большого кластера из системных блоков игровых «Алиенвейров». Он обернулся на звуки шагов.
Макс сделал шаг навстречу, протянул руку:
— Привет…
Марк пожал протянутую руку:
— Привет.
Захаров достал из правого кармана пиджака два винчестера, подал их Джойсу.
— Работать будем со вторым, а это, — Макс положил на стол винчестер, проверенный при помощи балахона и бронежилета, — чтобы не изобретать велосипед — программное обеспечение и телеметрия абсолютно всех космических аппаратов, начиная от первого советского спутника и до последнего китайского, отправленного к Юпитеру.
— Предполагаю, что вы получили эту информацию из того же источника, из которого узнали о том, чем я занимался в Гарварде и Массачусетс. Но я удивлен тем, почему советская и российская секретная информация оказалась в АНБ?!.
Макс холодно усмехнулся:
— Вы взрослый человек и прекрасно понимаете, что за редким исключением, все в этом мире продается и покупается.
Марк бросил на Захарова глубокий, изучающий взгляд:
— Вы знакомы с теми, кто не продается?
Макс наметил тень улыбки:
— Да. Знаком.
— Среди близких мне людей тоже есть те, которых не купишь… Скоро прибудут специалисты из Москвы?
— Через две — три недели. А пока с вами буду работать я.