— Мне все меньше и меньше хочется расставаться с Сашей.
— Приедь пожалуйста домой, мне нужно с тобой поговорить.
— Хорошо, папа.
— Будешь пить кофе?
— Я уже привык делать это в колледже…
И вот Марк наконец доехал до дома, дорога к которому была заполнена воспоминаниями. Марк принял душ, вошел в столовую, где его ждал отец и приготовленный им ужин.
Во время еды они говорили об Эвелин и Эдди, о их здоровье, настроении, о Саше, о реабилитационном центре.
Ужин был закончен. Ларри замолчал, собираясь с мыслями.
— Папа, ты хотел со мной поговорить…
— Да, Марк… мне бы хотелось, чтобы ты помог одному очень хорошему человеку.
— Что я должен сделать?
— Нужно помочь ему построить жилой объект и производственный комплекс. У тебя ведь есть некоторый опыт в строительстве — ты контролировал ремонт здания под центр.
— Почему бы этому человеку не нанять строительную фирму?
— Проект закрытый. Ему нужен помощник, которому бы он мог доверять безусловно.
— Кто этот человек?
— Миллиардер Максим Захаров.
— Папа, миллиардеры по определению не могут быть хорошими людьми. Вспомни хотя бы Украину.
Во взгляде Ларри протаяло сожаление:
— Но он единственный из России заинтересовался исследованиями Саши. Нашему президенту и бизнесу плевать на экологию.
— Все это так, но технологии покупал не сам Захаров, а его представитель. Вряд ли он в курсе этих исследований.
— А вот тут ты ошибаешься… Я тоже был в плену своих представлений о русских миллиардерах. Я ожидал увидеть ограниченного, напыщенного гусака, а увидел умного, разносторонне образованного человека с ранимой душой… А с какой теплотой и нежностью Захаров говорил о своей подруге…
Марк наметил тень усмешки:
— Кто его подруга? Актриса? Спортсменка? Модель? Мисс Вселенная?
— Обыкновенная учительница. Целитель и экстрасенс… Макс показал мне ее рисуночек. Мне кажется, его подруга — талантливый художник.
— Ты видел ее?
— Нет. Она русская, живет в России. А посмотреть на ее фотографию постеснялся попросить. Я и так был слишком назойлив, расспрашивая Макса о ней.
— Почему тебя так заинтересовала подруга Захарова?
— Мне трудно это объяснить… Но когда он описывал ее внешность, у меня было такое чувство, что Макс говорил о твоей матери…
Марк и Ларри немного помолчали. Каждый думал о своем. Ларри ушел в воспоминания, Марк думал о Саше.
— Хорошо, папа, допустим, я соглашусь построить для Захарова то, что ему нужно. Где я это должен сделать?