Максим достал из кармана рубашки мобильник, поместил его на рояль, включил музыку, шагнул к любимой женщине, снова склонил перед ней голову, взял ее руку…
Но с первыми тактами вальса Максим понял, что Принцесса движется не так легко, как обычно, а более плавно и осторожно.
Максим немедленно прекратил танец:
— Тебе тяжело, Принцесса… И с каждым днем будет еще тяжелее… Мы не будем танцевать до тех пор, пока Марк не появится на свет…
— Да, Максим, сегодня мне не так легко, как раньше. Но это неизбежно. Так устроила Природа и с этим ничего нельзя поделать…
Максим наметил тень горькой усмешки:
— К большому сожалению, я не бог и не могу отменить законы, созданные Природой. Но я бы очень хотел, чтобы женщины не мучились с огромными животами, портящими их фигуры…
Кадждое слово Максим произносил с выбросом энергии.
В следующее мгновение Марина почувствовала всплеск СИЛЫ Габриэля, направленный в ее сторону и поняла, что сейчас произойдет.
В кровь поступил вброс специфических гормонов, а в животе началось безболезненное, незнакомое ей движение.
Марина инстинктивно схватилась за низ живота, глядя на Максима потемневшими глазами. Еще мгновение и у ней отошли воды.
Максим понял, что с любимой женщиной не все в порядке. Его голос и взгляд были полны тревоги:
— Принцесса, что с тобой?
— У меня отошли воды и начинаются роды. Мне срочно необходимо куда — то лечь…
Максим взял Марину на руки, прошел с ней в столовую.
Держась за руки, Габриэль и Мариночка — младшая тихо последовали за отцом.
Большой овальный стол был освобожден от посуды и накрыт свежей, белой скатертью.
Сдевшие за ним Владимир Михайлович, Дина и Алина, в тревоге поднялись на ноги.
— Отец, быстро за Виталием! У Принцессы начались роды!..
Денисов стремительно покинул столовую.
Максим бережно опустил Марину на стол.
Алина устроила голову молодой женщины на импровизированную подушку из высокой стопки постельного бплья, которое она не успела унести на второй этаж.
— Это необходимо?
— Да, Максим. Очень трудно рожать, когда голова находится ниже попы… Дина, я скоро вернусь…
Алина покинула столовую.
Тем временем Дина сняла с Марины влажные колготки и трусики, сдвинула пышный подол платья в верхнюю часть живота, посоветовала, какую принять позу, чтобы было легче родить…
Максим продолжал стоять у изголовья Марины, с тревогой глядя на любимую женщину.
За отцом, никем не замеченные, тихо стояли Габриэль и Мариночка — младшая.
Максим склонился над Мариной, несколько раз лихорадочно поцеловал, куда придется:
— Пррнцесса, тебе очень больно?