— Рубашка осталась в машине…
— Ничего страшного, торсы у нас почти одинаковые, возьми мою…
Макс кивнул, прошел в санблок, оставив дверь открытой.
Марк достал свою чистую и отглаженную рубашку:
— Максим, одного понять не могу — почему под защитой только мы? Разве наши дети не нуждаются в защите?
Максим вышел из санблока, стал надевать рубашку Марка:
— Думаю, наши дети под защитой, как были под защитой ты и твоя сестра… А кольцами нас снабдили для удобства, потому что мы взрослые и не сидим на одном месте.
— Наверное ты прав… Максим, как ты считаешь — ты был в детстве под защитой?
— Думаю, никто меня не защищал. Я стал интересен противоборствующим сторонам с момента моей первой встречи с Принцессой… Идем же наконец… Я хочу видеть своих детей…
На мобильнике Марка прозвучал сигнал поступления эсэмэс.
— Одну секунду, — Марк достал мобильник, прочел, — Максим прав. Ваши дети под защитой…
После прочтения вслух сообщение тут же самоудалилось.
— Вот видишь, Марк… Думаю, что я прав и в другом — я не был ни под чьей защитой…
Марк открыл дверь палаты, где находились дети и Дина с Алиной.
Максим с волнением переступил порог, быстро подошел к высоко металлической кроватке на колесиках, в которой находились оба младенца.
Макс вбирал в свою душу то, что увидел. Его дети не были такими крупными, как сын Арно. Но, как и у Максимки, у обоих малышей была нежная бело — розовая кожица. Габриэль — чуть крупнее своей сестры. Он отметил похожесть девочки на Принцессу и похожесть Габриэля на себя. Малыши смотрели на него умными, внимательными глазками.
Макс на секунду поднял взгляд на женщин:
— Можно взять их на руки?.. Сразу обоих?..
Алина выступила вперед:
— Можно. Только головки придерживай…
Женщина взяла из кроватки Габриэля, поместила его на правую руку Макса, согнутую в локте, затем, то же самое проделала и с Мариночкой…
Максим держал на руках своих детей, испытывая при этом те же чувства, когда на его руках был Максимка, сын Арно. Только эти чувства многократно усилились тем, что эти хрупкие, нежные человечки были его родными детьми. Макс испытывал бесконечную любовь к своим детям. И… от них очень приятно пахло новой жизнью…
Максим немного приподнял детей вверх, поочередно коснулся щечки каждого своими горячими губами…
Об одном он очень сожалел — о том, что в этот момент рядом с нимне было Принцессы…
К Максу подошла Алина, взяла с его рук сначала Мариночку, потом Габриэля:
— Ну все, хватит пока… Еще насмотришься… Поезжай домой, отдохни, завтра приедешь…
Макс не заметил, что Алина обращается к нему на ты. Он посмотрел на Дину и Алину теплым взглядом:
— Спасибо вам, сударыни…
Макс снова подошел к кроваткам, бросил на детей взгляд, полный любви и нежности и… малютки улыбнулись ему в ответ…
— До завтра, — сказал Макс в пространство, обращаясь не только к Марку, Дине и Алине, но и к сыну и дочери. Подойдя к двери, он оглянулся, бросил еще один взгляд на своих детей, с сожалением покинул палату.