Пока Блэнк говорил, он все время пялился на Скалли куда-то пониже подбородка. Наконец, женщина сообразила — хозяин дома глазел на узенький разрез ее пиджачка, под которым, кроме ажурного бюстгальтера, ничего не было. Заметив это, Скалли как ни в чем не бывало скрестила руки на груди и спросила:
— Вы сможете мне немного помочь?
— Почему бы и нет? — Блэнк отвел взгляд от разреза. — Вот только чем, собственно?
— Мне нужно осмотреть ранчо. Я слышала, в этих местах есть древнее индейское захоронение.
Мужчина тяжело вздохнул и, почесав бороду, ответил:
— Хм, так значит вам все-таки нужно это самое захоронение? Думаю, что те, кто приезжал под видом землемеров, тоже искали именно его.
— Ну и что, нашли?
— Нет. Кишка у них тонка. Только и умеют, что надувать щеки да пачки денег демонстрировать. Мол, вы продайте нам землю, а захоронение мы потом сами найдем. Уроды!
Из глубины дома послышался писк микроволновой печи.
— Ну вот, кажется, ужин уже готов. Вы голодны?
Скалли помотала головой, с трудом сдержав содрогание. Блэнк открыл дверь шире и пропустил женщину в полутемное нутро дома.
Столовая была похожа на склад старой рухляди. В углах клочьями свисала паутина, единственное окно было замазано белой краской, а на полках громоздились горы немытой посуды. Деревянный стол был покрыт толстым слом жира. Скалли, едва сдерживая брезгливость, уселась на колченогий стул. Сэмюэль и Блэнк разместились напротив. Хозяин ранчо улыбнулся — видимо, для того, чтобы гостья стала чувствовать себя уютнее в этом сумрачном пристанище бывших американских героев. Сэм потянулся к соседнему столу и взял с него почерневшую от копоти алюминиевую кастрюльку, осторожно приподнял крышку… Скалли слегка привстала, чтобы незаметно заглянуть в кастрюльку, и чуть было не потеряла сознание от вида ее содержимого… На ужин на «Ранчо старого Бланка» сегодня подавали густое, словно желе, коричневое варево. Внезапно Дэйиу посетила неожиданная мысль: «Это желе кажется живым! Странно, — она еще раз заглянула внутрь кастрюльки, — оно шевелится! Тьфу-у, гадость-то какая!»
От варева шел густой пар. На стенках кастрюльки была заметна серая пена с вкрапленными в нее серебристыми паутинками. Сэмюэль смачно облизнул губы и опустил в варево большую ложку. Через мгновение на его тарелке уже лежала живая., постоянно шевелящаяся лепешка. От нее исходил аромат, чем-то напоминающий запах в общественном туалете. Когда еда оказалась в тарелках хозяев, Сэмюэль собирался начать есть, и тут…
— Сэм, — в голосе Блэнка звучали командирские нотки, — у нас же гостья! Давай помолимся перед едой! Кстати, молись как положено — не нужно натужно напевать про себя слова: «We all live in the Yellow Submarine…» Хорошо?
Сэмюэль виновато скосил узкие глазки и положил испачканную в желе ложку на стол. Началась молитва, слов которой Скалли, впрочем, не слышала, так как была занята размышлениями.
«Придется все это потерпеть, — думала она, делая вид, что возносит слова к Господу. — Надеюсь, это продлится не слишком долго… Так, пистолет на месте — это хорошо. Неизвестно, что могут отчебучить эти каратели. До захоронения добралась — это тоже неплохо. Расчет оказался правильным. Рафо здесь жил несколько недель… перед тем как сумел добиться того, что не смогли сделать разработчики „Ок-сидженса“. А именно — запустить проект… Так, теперь — захоронение. В индейской легенде говорится о золотой статуе, которая может давать два точных ответа на вопросы того, кто ее впервые увидел. Рафо увидел и… запустил свой проект. Правительственные агенты, замаскированные под землеустроителей, сделать это не смогли. Итог — мне нужно разузнать подробности об операции в Эль-Пасо, кое-что о Рафо — и, естественно, о процессоре. Что выбрать?»
Размышления женщины прервал громкий голос Блэнка:
— Ну все, молитва закончена. Можно приступать к ужину!
Сэмюэль кивнул и тут же набросился на еду.
— Гхм-м, — Скалли вытерла губы. — Приятного аппетита, но я не слишком голодна.
Хозяева ранчо посмотрели вначале друг на друга, потом на гостью.
— Если вы не против, я пока прогуляюсь вокруг ранчо. Прямо сейчас.
Блэнк хмуро улыбнулся:
— Да бросьте вы. Ваше дело никуда не денется. Лучше сделайте это завтра утром. Сейчас уже стемнело, а через полчаса на улицу вообще будет бесполезно выбираться. Поспите…
Дэйна немного подумала и кивнула.
— Утром так утром. Спорить не буду — я сильно устала. Но где…
— Идите в комнату Сэмюэля. Он не станет противиться. Правда, Сэм?
— Отлично! — сказала Скалли, вставая из-за стола. — Где ваша комната, господин Сэмюэль?
— Комната слева! За туалетом — вы ее сразу увидите.
— Спокойной ночи! — услышала Скалли, взбираясь на второй этаж.