Спуститься вниз Валет не рискнул - вдруг оставили кого .на входе. Он сел. на подоконник, закурил. «Косой будет молчать. Знает» чем кончится, если в раскол пойдет… Домой бы смотаться… Прихватить деньжат и чесануть из города, пока не перекрыли… А вдруг засада? Нет, не пойду. Перехвачу у Длинного, пусть попробует отказать. Ну, что они там застряли?»
Внизу хлопнула дверь. Из квартиры Курсиша выбежал пожилой мужчина и, на ходу натягивая плащ, помчался по лестнице. «Кажется, Серегин напарник. Старик, старик, а ходулями перебирает бодро. Ишь как припустил!..- Чем же это его так напугали красноперые?..» При мысли о том, что он сам едва избежал встречи с работниками милиции» Валета заколотил озноб. «Минутой позже подъехала бы машина, и вляпался бы я прямо на квартире у Сереги. Смеху было - рот порвешь!»
Щелкнул замок этажом выше, на, площадку вышла молодая женщина, одетая в красную кофточку и зелёную юбку. Она держала за руку мальчонку лет пяти, на нем была зеленая курточка и красные штанишки. «Вырядились как на обложку!» Валет- втянул голову в плечи, неприязненно отвернулся к окну.
- Мама, мама, а что этот Дядя здесь делает? - Мальчишка все оглядывался, пытаясь рассмотреть Валеркино лицо.
Женщина с тревожной торопливостью прошла мимо, ее голос послышался уже внизу:
- Дядя кого-то ждёт, волнуется и курит…
- А зачем он курит?
- Дядя не бережет своего здоровья, ему не хочется долго прожить…
«Ха, тоже мне Макаренко в юбке! Ошибаетесь, голуба, хочется мне жить, и не как-нибудь, а с шиком. Чтоб, не моргнув, швырнуть швейцару десятку в зубы, чтоб вилась вокруг стая фирменных девочек, чтоб ловила каждое твое слово кучка прихлебал. А ты этак небрежно подскочившему официанту: «Организуй нам, браток, коньячку самого-самого и закусон соответственно… Для разгона, а там посмотрим». Это жизнь, я понимаю! Все остальное - уныние и серость… В Сочах сейчас» самый сезон, вот бы куда махнуть. А на какие хрустики?..»
Валет так ушел в свои мечты и планы, что проморгал момент, когда работники милиции уходили из квартиры Курсиша. Увидел их уже садящимися в машину. «Тюхтя! А если б они вздумали подняться выше? Ну и что, все равно бежать некуда…»
Валет дождался, пока уедет машина, и позвонил в квартиру Курсиша.
- Ты?! - Сергей был поражен.
Валет уверенно шагнул за порог.
- Шары навыкат, удивлен до опупения. Чему, спрашивается?
- Ты никого не встретил на лестнице?
- Как же, как же! Мы с Петровичем очень даже приятно раскланялись, поговорили за жизнь. Он, как всегда, поинтересовался, когда же я начну работать, я, как всегда, заверил - на днях. На том и расстались. А что им здесь надо было?
- Тебя искали!
- А вот это с их стороны напрасные хлопоты. Ищут преступников, а я, как ты знаешь, рядовой гражданин с незапятнанным прошлым и перспективно-заманчивым будущим.
- Облако в арифметику - вот твоя перспектива!
- Что-то ты, Серега, сегодня мрачно настроен. С чего бы?..
- Слушай, Валет, кончай баланду травить, мне скоро на работу.
Дьяков глумливо ухмыльнулся.
- А, я совсем забыл, ты же перековался, вкалываешь в поте мурла, И сколько кинули?
- Хватает.
- А все же? Может, и я надумаю.
- С прогрессивкой около двухсот.
- Вот видишь - около-. А мне нужно свыше. Извини, не подходит.
Курсиш тоскливо переминался с ноги на ногу. Чего ему надо, этому коренастому крепышу с холодными, наглыми глазами? Уж не пришел ли он звать на дело? Ну нет, сыт по горло!..
…Отмечали в теплой мужской компании день рождения Витьки Лямина. Выпили - показалось мало. Кто-то из парней постарше намекнул, что' хотя магазин уже закрыт, но достать вина можно. Нужно только немного сноровки и много смелости. Ну-ка, кто у нас самый бесстрашный? Полезли два орла-удальца: сам именинник и Сергей. Сложили в рюкзак пять бутылок коньяка, десять бутылок шампанского, пятнадцать плиток шоколада. Собрались уходить, и тут нагрянула ночная милиция. И был суд, и был приговор…
В колонии они с Витькой Ляминым дали друг другу слово никогда больше не нарушать закона. А потом Витька сошелся с Валетом, тот постепенно прибрал его к рукам. Все о чем-то шушукались, когда подходил Сергей, умолкали… Вернувшись домой после отбытия наказания, Курсиш пытался поговорить с Виктором, напоминал о клятве.