- Любопытно, - усмехнулась она краешком затейливо изогнутых губ. - А как вы назовете столкновение в трамвае, в магазине, на улице между совершенно, незнакомыми людьми?
- Стычка, схватка, потасовка…
Галина Васильевна рассмеялась звонко и белозубо.
- Ваши лингвистические изыскания, Дмитрий Дмитриевич, не лишены интереса, но давайте оставим их До более спокойных времен. Картина преступления рисуется мне совсем иначе. Парень в светлом плаще пристал на улице к незнакомой девушке, она стала отбиваться. Таксист Михаил Носков бросился на защиту девушки, дав ей тем самым возможность скрыться. И вот тогда-то преступник, взбешенный тем, Что жертва ускользнула, кинулся с ножом на таксиста. Из этого следует, что…
- Вы забываете одну важную деталь, - нетерпеливо перебил я,. - девушка называла преступника по имени.
Тонкие брови Сушко сомкнулись почти в прямую
линию.
- Вот как? Об этом вы мне не докладывали, инспектор Агеев!
- Имя преступника, выпало из памяти таксиста. Надо проверить, может, быть, вспомнил. - Я подвинул к. себе телефон набрал номер реанимационного отделения. - Доктор Сеглинь? Здравствуйте, Агеев из угрозыска,. Как состояние Носкова? Без изменений?.. Понятно… Что, что? Вы мне звонили?..
Минуты две я Слушал Сеглиня, не прерывая, потом положил трубку и сказал будничным голосом:
- Потерпевший вспомнил имя преступника. Девчонка кричала: «Не надо. Валера!»
4
Мы с Рябчуном отправляемся проверять дружков Валерия Дьякова. Хоть и мало надежды, что застанем там Валета, проверить не мешает. Надо непременно убедиться, что его по этим адресам нет. Без такой уверенности нельзя двигаться дальше. Непосвященному многое в нашей работе может показаться лишним и ненужным, даже скучным. И все же вернее, надежнее метода исключения пока еще ничего не придумано. Именно этот метод помогает сужать круг поиска, Сжимать кольцо окружения противника.
По указанию Рябчуна водитель подруливает к новому пятиэтажному зданию. Здесь живет Виктор Лямин - они с Дьяковым отбывали срок в одной колонии.
Мать Виктора, молодая еще женщина с поблекшими глазами, сообщает, что сын задержан милицией.
- За что? - спрашивает Рябчун.
- Склад будто обокрали на комбинате. Один он бы, не пошел, это его Валерка подбил.
- И часто Дьяков у вас бывает?
- Да что вы, или я враг своему сыну? Я этого прощелыгу на порог не пускаю! А что толку? Валерка только свистнет под окном, мой уже бежит со всех ног. «Витя, куда ты?» - «Я, мам, скоро…» Добегался! У него от рождения недостаток - косоглазие. В школе дразнили, во дворе тоже, есть все-таки очень жестокие дети. А разве он виноват?.. И сейчас, я уверена, его Валерка затянул, сам бы он не пошел… Товарищ капитан, вы там посмотрите, может, он не очень… Второй раз под суд, как такое пережить!..
Женщина утирает глаза концом несвежего передника, Рябчун неопределенно жмет плечами.
- Разберемся…
Уходим, ничего утешительного на прощанье не сказав. Спускаясь по лестнице, Рябчун говорит задумчиво:
- Сколько мне попадалось таких вот обделенных природой. Девчата их-не любят, ребята дразнят. Очень остро переживают они свою неполноценность, потому и безобразят.
- Через преступление к самоутверждению?
- Что-то в этом роде. Попал в пакостную компанию, и уже он герой, уже Косой не обидное прозвище, а воровская кличка…
- Все гораздо сложнее, Андрей Петрович, - размышляю я вслух. - Гомер был слеп, Байрон хромал… Людей сильных, волевых физический недостаток избавляет от мирских соблазнов, они дарят человечеству великие открытия, шедевры искусства. А слабые духом ломаются… Нет у наших подопечных яркой и ясной цели в жизни, живут одним днем. Приверженцы гнилой романтики, рабы собственных страстей и желаний. Не в те руки попал Виктор - вот в чем причина…
- Что говорить, - вздыхает Рябчун, - дали мы зевака с этим Ляминым…
Мы садимся в машину. Рябчун кладет руку на плечо водителю,
- Трогай, Гена, здесь уже до нас поработали. Поедем к Сергею Курсишу. Он же -Дылда, он же - Длинный…
В доме у Курсиша долго не открывали. Когда наконец дверь распахнулась, я увидел высоченного пария с помятым, будто только с подушки лицом.