– А если мы ждать не согласны?
– Придется.
На этот раз гоблин даже не хлопнул в ладоши. Словно подчиняясь его мысленному приказу, снежные воины пришли в движение, и равномерно передвигая ноги, словно неживые, двинулись к путникам.
Это был тот момент, когда Хантер и Христиан еще могли попробовать спастись, проскочить между двумя соединявшимися отрядами противников. Они могли устроить гонку по снежному полю, очень хорошую гонку.
Хантер представил как они удирают по снегу, останавливаясь лишь для того, чтобы убить того из преследователей, который, благодаря более быстрым, чем у товарищей ногам, сократил разделяющее их и беглецов расстояние до опасного минимума. Конечно, они побегут к границе снега, и несомненно опередят своих преследователей. А там... Хантер почему-то был уверен, что за границей снега гоблины их преследовать не будут.
Или будут?
“Какая разница? – подумал охотник. – Погони не будет.”
Он знал это совершенно точно. Они с Христианом убегать не будут. Для того, чтобы убежать от гоблинов по снегу, на них должна быть совсем другая обувь. Кстати, и вооружены они должны быть по иному. По крайней мере, не этими самодельными копьями.
А если устроить сражение сейчас? Тоже – не годится.
Хантер ничуть не сомневался, что сможет отбиться от неповоротливых гоблинов. А мальчик? Стоит ему попасть хотя бы один раз под удар дубиной – и конец. Он погибнет. Из-за неопытности.
“Так что же? – подумал Хантер. – Ждать появления этой снежной богини? Видимо, ничего иного не остается. Если нам удастся выиграть поединок с ней – гоблины нас отпустят. Стало быть – ждать?”
Он схватил за руку уже рванувшегося в сторону снежной целины Христиана и сказал:
– Подождем.
– Да ты с ума сошел? – спросил мальчик. – Неужели мы будем ждать эту глупую богиню. Зачем?
– Так надо, – ответил Хантер. – Мы будем ее ждать.
Мальчишка пожал плечами и скорчил рожицу Гвирдину.
– Ладно, пусть будет так. Подождем.
Они стали ждать. Гоблины построились кольцом, в центре которого были охотник и его ученик. Ни о каком бегстве, теперь, не могло быть и речи. Впрочем, Хантер и Христиан о нем и не помышляли.
Замкнув кольцо, снежные гоблины застыли, опять словно превратившись в ледяные статуи. Холод, конечно, не оказывал на них никакого действия. Двум путникам, чтобы не замерзнуть, приходилось, время от времени, приплясывать на месте и прохлопывать ладонями.
Часа через полтора наступили сумерки.
Гвирдин сказал:
– Все, осталось совсем немного. И кстати, я теперь вижу что вы и в самом деле не совсем обычные люди.
“Глаза, – подумал Хантер. – Стемнело и он увидел как светятся мои глаза. Мои?”
Он бросил взгляд на Христиана и увидел, что глаза у того тоже слегка светятся. Совсем немного, но все же...
Гвирдин сказал:
– Правда, вам это не поможет. Богине совершенно все равно простые вы люди, или нет. Были бы людьми.
Он слегка улыбнулся. Похоже, это его веселило.
Охотник сунул копье подмышку и стал равномерно похлопывать ладонями. Христиан последовал его примеру. Хантер знал, что он слегка побаивается, но все же, старается этого не показать. И еще... разглядывая линии судьбы своего ученика, Хантер вдруг понял, что тот боялся бы гораздо больше, если бы не верил. Ну конечно, он верил в своего учителя, в то, что тот найдет выход из любого положения.
Наступила ночь. Впрочем, для Хантера и Христиана, это не имело большого значения, поскольку, видели они в темноте отлично. Для снежных гоблинов – тоже.
– Ну, где же она, ваша богиня? – спросил Христиан. – Учтите, долго ждать мы не можем. У нас дела.