Дюрану расхотелось продолжать этот фарс.
– Я прошу вас уйти, – сказал он.
– Ты меня не дослушал, Джефф. Теперь главная подача. – Бонилла распрямился, согнулся в позе отбивающего и поднял руки на высоту плеча. – Ты не посещал Браун. – Его руки взмыли вверх, описали дугу, словно он махнул битой и промахнулся. – «Вжик!» А теперь получается, что ты не «барсук»[13]. – Другая имитация удара. – «Вжик!» Последнее по счету, но не по значимости, ты даже не Джеффри Дюран. – Детектив сунул руку в папку, извлек листок бумаги и протянул его доктору: – Полюбуйся.
Одного взгляда на документ хватило, чтобы узнать в нем свидетельство о смерти. И хотя ксерокопия была несколько размыта, сомнений в том, что это за бумага, уже не оставалось.
Причиной смерти значилась «обширная травма (авто)». Подпись делавшего вскрытие врача: Виллис Стрейт, доктор медицины. В свидетельстве имелась еще кое-какая информация, но Дюран не стал читать дальше.
– Если хотите знать, – насмешливо продолжил Бонилла, – вы похоронены на кладбище Рок-Крик, и на вашем надгробии написано: «Покойся с миром, милое дитя, безвременно ушедшее на небо».
Психотерапевт сидел в полном потрясении. Единственное объяснение, которое он мог дать происходящему, – это какой-то пошлый розыгрыш. Масштабы этой «шутки» поражали всякое воображение. Неужели Эйдриен Коуп настолько травмирована смертью сестры, что пытается символически вычеркнуть его из жизни? Ну, с ней понятно, а Бонилле-то это зачем?
– Тот, за кого вы себя выдаете, так и не достиг зрелости, – сказала посетительница. – Он умер ребенком. Но вам это, конечно, и так известно.
– Я вас понимаю, вам трудно смириться со смертью сестры, – спокойно начал врач. – Я мог бы простить вам многие вещи. Но такое! Каким-то непостижимым образом вы умудрились… – Он швырнул свидетельство о смерти на журнальный столик. – У вас серьезные проблемы с психикой, леди. Вам нужна психиатрическая помощь. А вы… – начал он, сжигая детектива ненавидящим взглядом.
– Мне нужна помощь?! – брызнула слюной Эйдриен. – «Каким-то непостижимым образом»? Чтобы получить эти документы, мне потребовалось занять всего пять часов мистера Бониллы, а на проверку дипломов ушло и того меньше. Между прочим, вы не имеете права даже вывешивать их у себя. Это незаконно. Вас надо наказать за использование поддельной документации в преступных целях. А взлом университетских баз данных – вообще отдельная статья.
– Какая нелепость, – не выдержал Дюран. – Это уже выходит за все рамки.
– Ах, выходит за все рамки? – зарычала Эйдриен и бросилась на него с кулаками. Впрочем, детектив тут же перехватил обезумевшую от ярости клиентку, крепко схватил ее за руки и пробормотал:
– Успокойся.
– И еще кто-то говорит о проблемах с психикой! – кричала та. – Это вам нужно полечиться! Вы обещаете больным, потерявшим надежду людям помощь, и что они получают за свою доверчивость? Бредни шарлатана!
– Тише, – пробормотал Бонилла. – Мы встретимся с ним в суде, будешь писать ему в тюрьму. Там у доктора появится масса времени на чтение.
Врач ошеломленно покачал головой.
– Кажется, я попал в Зазеркалье, – задумчиво сказал он сам себе.
Бонилла хмыкнул, провожая клиентку к двери, и пробормотал:
– Хорош, ничего не скажешь. Бывают, конечно, среди мошенников одаренные актеры, но этот гусь всех переплюнул! Надо отдать ему должное. – Детектив удрученно покачал головой и, выйдя из квартиры, прикрыл за собой дверь.
Дюран так и остался стоять в прихожей, словно в оцепенении глядя перед собой.
Глава 13
Бред какой-то.
Стычка с сестрой Никки и ее доберманом не на шутку выбила Дюрана из колеи. Он сел за компьютер и стал перечитывать последние записи в файле пациентки.
Прокрутив страницу вниз, в самый конец файла, Дюран сделал новую запись:
Идиотизм. Будь эти бумаги подлинны, имело бы смысл предъявлять их ему. Но это подделки. Непонятно, чего хотела добиться сестра Нико.
Все произошедшее наводит на странные мысли о юристах и сыщиках.
Поднявшись из-за компьютера, психотерапевт прошел через всю комнату к старинному деревянному шкафчику, где хранил коллекцию солодового виски и бокалы для вина. Налив на два пальца «Лафрорих», Дюран повертел бокал в руке и пригубил напиток. «Легко создать любой документ по своему усмотрению на обычном настольном компьютере и отпечатать на принтере, – резонно рассуждал он. – Свидетельство о рождении, свидетельство о смерти, что угодно». Но суть не в этом – Джеффри беспокоило нечто другое. Бонилла и Коуп ничего не выигрывали, предъявляя ему фальшивые свидетельства.
Доктор отпил еще глоточек и неторопливо подошел к окну. Глядя на собор на улице, он подумал: «Может, этот человек, Бонилла, все сам сфабриковал и выдал сестре Нико как компромат на меня. Наверное, решил подработать, окупить затраченное время…»
Конечно, подозрение не лишено оснований… Но какая нужда могла заставить детектива пойти на такое?
Дюран покачал головой, теряясь в догадках. Сложившаяся ситуация привела его в полное замешательство. Да уж, когда кто-то заявляется к тебе домой и прямо с порога в лицо начинает отрицать нечто столь фундаментальное, как твоя личность, да еще в твоей собственной гостиной… Это способно вывести из равновесия кого угодно.