Идейки Оливера были хорошо известны Нийлу. Полузвездные имена. Совсем не то, не то, не то. Он не собирался даже обсуждать их.
Монтану мысль о Джордже Ланкастере в восторг не приводила.
— Он не умеет играть! — отрезала она.
— Заиграет. У меня.
Она осталась при своем убеждении, но у нее хватало здравого смысла понять, что некоторые уступки неизбежны.
— Как, по-твоему? Может, мне поехать с тобой?
Нийл помотал головой.
— Нет. У тебя хватает хлопот здесь. С Джорджем я справлюсь.
Она кивнула.
— Да. У меня есть два актера, которых нам следует попробовать на роль Винни.
— Если мы поймаем на крючок Джорджа Ланкастера. Иначе придется подыскивать имя.
— Не понимаю почему.
— Прекрасно понимаешь. Это называется играть на кассу.
— Я не люблю играть в игры.
— Научись.
— Иди ты в… — пробормотала она нежно.
— Если бы было время!
Она ухмыльнулась.
— Когда ты вернешься, время я найду!
День Элейн.
После занятий у Рона Гордино — в «Ноготь — жизни поцелуй», затем четыре часа у Элизабет Арден: приведение в порядок ног, поправка бровей, питательная маска, мытье волос и сушка феном. Она успела домой вовремя, чтобы переодеться в зеленую норелловскую пижаму, до того как Росс вернулся со съемок.
И выглядела она изумительно, пусть даже это было ее собственное мнение.
— Ты выглядишь божественно! — прошептала она трюмо у себя в спальне.
Лопни от зависти, Слониха Этта!
Она вышла в гостиную и собиралась налить себе чего-нибудь, как вдруг, случайно взглянув в зеркальное окно, с ужасом увидела его — и он снова мочился в бассейн!
— Лина! — завопила она, бросаясь к стеклянным дверям и выходя наружу. — Лина!
Мальчишка лениво застегнул «молнию», словно настроение у него было самое беззаботное.
— Здрасьте, мэм, — протянул он.
— Грязный поросенок! — закричала она. — Я видела, чем ты занимался!
Он наклонился к шлангу, из которого в бассейн лилась свежая вода.