— Как бы не так. Нам деньги нужны.
Шлепок.
— Давай же, ублюдочек!
И плач.
Коротенькая передышка.
Удивительно — опять схватка. Она знает, это отходит детское место и скоро все кончится.
Она что было силы втянула в себя воздух, выдохнула в одном протяжном резком вопле, которому, казалось, не будет конца.
Грубоватые руки опять закрепили на лице маску, и еще раз она долгожданно забылась, потеряла сознание.
Когда проснулась, все было кончено. Она лежала в кровати, чистая и помытая, только тупая пульсирующая боль между ног напоминала ей о тяжком испытании. Норин Кэрролл стояла рядом с сестрой Питой. Обе улыбались. Два лица… одно некрасивое и доброе, другое — размалеванное и вульгарное.
— Неприятности твои позади, миленькая, — сказала Норин.
— Ага, не шляйся с кем попало и будешь здорова как бык, — засмеялась Нита.
Она погрузилась в сон.
Она старалась, чтобы голос оставался спокойным. Где-то она читала, что, когда имеешь дело с психом, важно держать себя в руках. И потом она же не какой-нибудь божий одуванчик, а Сейди Ласаль. В ее обществе даже взрослых мужчин подчас бросало в дрожь.
Она подумала о своей очень совершенной системе охраны.
На беду, система была отключена. Вот если б только дотянуться до кнопки «тревога»у кухонной двери, сигнал бедствия зазвенит тогда прямо в полиции.
Дек, бормоча себе под нос, расхаживал по кухне.
Может, попытаться разговорить его? Личное общение — еще один способ продержаться.
Если она и вправду его мать, что же еще может быть более личным? И если это в самом деле так, значит, Росс его отец. А как раз сейчас Росс едет к ней.
Дек перестал расхаживать, плюхнулся на пол и сел, прислонившись спиной к холодильнику.
— Здоровенный домина, — заметил он.
Он ей странно кого-то напоминал. Она не могла понять, кого.
У него ее глаза. Боже! Он напоминает ее, этот чудной, отвратительный незнакомец.
— Я говорю, здоровенный у тебя домина, — повторил он.
— Да. — Она поспешно согласилась.
— Джой бы здесь понравилось.
— Кто это — Джой?
— Моя невеста.
Она сделала усилие, чтобы ее голос звучал как можно естественнее и дружелюбнее.
— Где она? Может, нам ей позвонить и позвать сюда?
Он встал.