— Э-эй, Фрэнси! — бодро поздоровался он, входя в ее приемную так, словно они виделись накануне.
Она откинулась на спинку коричневого кожаного кресла и внимательно оглядела его с головы до ног.
— Ну-ну, — произнесла она медленно. — Только поглядите, что нам Санта-Ана надула с улицы. Я думала, ты сдох.
— А? — Он нахмурился.
— Актер, который исчезает, в моей книге значится сдохшим.
— Так вот же я!
Она прищурилась на него поверх очков.
— И выглядишь очень неплохо, рада сказать.
— Я много бегаю.
— Это идет тебе на пользу.
Наступило долгое молчание, которое она как будто не думала прерывать.
Он кашлянул.
— Так что слышно, Фрэнси?
— Бога ради, не называй меня Фрэнси.
За это время очки в стразах сменились квадратными стеклами в тяжелой роговой оправе, что усугубляло впечатление мужеподобности, внушаемое коротко подстриженными седыми волосами и костюмом мужского покроя — слишком жаркого для Калифорнии. Но костюм был ее неотъемлемой и знаменитой принадлежностью. Она отперла боковой ящик стола и вытащила еще одну свою неотъемлемую принадлежность — видавший виды мундштук. Вставила патрончик, раскурила, затянулась и протянула через стол ему.
— Женат по-прежнему? — спросила она отрывисто.
Он глубоко затянулся, и инстинкт подсказал ему верный ответ:
— Не-а!
— Вот и хорошо. Брак тебе не шел. У меня для тебя есть работа. Фильм ужасов. Ты подойдешь в самый раз. Бюджет ограничен.
Две недели. Плата по профсоюзным ставкам. Подходит?
Он кивнул, боясь упомянуть про» Людей улицы «, чтобы не сглазить.
— Когда?
—» Юниверсал «. Со следующего понедельника.
— Звучит неплохо.
— Еще бы! — Она отобрала мундштук и принялась его сосать.
Видимо, больше чем на одну затяжку он рассчитывать не мог. Но и одна затяжка лучше, чем ничего.
— Вечером ты свободен? — внезапно спросила она.
В прошлом он раза два сопровождал Фрэнсис на скучнейшие банкеты после присуждения наград, и однажды был кавалером ее восьмидесятишестилетней матери, которую Фрэнсис вывезла поразвлечься. Вообще-то он больше не собирался служить сопровождающим; с другой стороны, от его согласия, возможно, зависело, получит ли он работу в» Юниверсал «.
— Да, свободен, — ответил он.
— Отлично, — сказала она деловито. — Росс Конти устраивает вечер для Джорджа Ланкастера и Памелы Лондон. Заедешь за мной точно в четверть восьмого. Ты мой адрес помнишь.