Невероятные путешествия: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

«Ра II» был почти готов. Длина плота в окончательном виде составляла 12 метров, ширина — 4,9 метра, толщина, как и предполагалось, —около 2 метров.

6 мая рухнула часть высокой стены, за которой шло строительство, и «Ра II», рождавшийся в течение многих недель на площадке, в окружении цветов и пальм, отправился в свой первый путь. Похожий на огромную птицу, он медленно и величаво двигался через город на резиновых колесах мощного прицепа, приводя в изумление толпы темнокожих зрителей.

«Даю тебе имя „Ра II“, — супруга сафийского паши, госпожа Амара, дважды произнесла традиционную фразу, и струйки козьего молока потекли по еще сухим бортам папирусного плота. „Ра II“ заскользил вниз и остановился, слегка покачиваясь на воде, как морская птица, готовая вот-вот взмыть в небо.

Внезапно сильный порыв ветра, налетевший с гор, ударяет по «Ра II», и, прежде чем экипаж ожидавшего его буксира успевает сориентироваться в ситуации, плот, легкий, как бумажный кораблик, сделав несколько кругов на воде, устремляется прямо на высокий, четырехметровой высоты каменный мол. Раздаются испуганные возгласы. Замешательство на борту буксирного судна лишает членов его команды способности принять эффективные меры. Вперемежку звучат команды на арабском, французском и испанском языках. Еще секунда — и шедевр мастеров с озера Титикака разобьется о каменную стенку. Поражение еще до выхода в море!..

Но свершается чудо! Плот целехонек. Дугообразный ахтерштевень, приняв удар, спружинивает и отбрасывает «Ра II» от стенки подобно резиновому мячу. Любое другое судно разнесло бы в щепки от таких ударов, а «Ра II» без малейших повреждений уже спокойно покачивается на воде. Экипажу буксира удается поймать конец, и плот отводят к причалу.

На этот раз участники рейса решили в отношении запасов съестного не следовать примеру древних мореходов: «Ра II» обладал меньшей грузоподъемностью, да и прямой необходимости в том не было. Поэтому продукты — консервы, сухари и прочее, а также пресную воду запасли в основном не в глиняных кувшинах, как в прошлый раз, а в обыкновенных мешках и других, вполне современных резервуарах. Тур Хейердал считал, что самое важное — скопировать как можно точнее конструкцию древних ладей и использовать тот же, что и в давние времена, строительный материал.

17 мая 1970 года, около 8 часов 30 минут утра «Ра II», ведомый буксиром, вышел из порта Сафи. Погода стояла хорошая. Па набережных собралось много людей, желающих увидеть старт большой экспедиции. На палубе «Ра II» находились восемь мореплавателей : Хейердал, Бейкер, Хеновес, Маури, Сенкевич, Сориал — ветераны» участники предыдущего рейса, а также два новичка: Мадани Лит Уханни из Марокко и Кей Охара из Японии — кинооператор. Были на борту и обезьянка Сафи, утка и куры.

Через час, когда плот находился примерно в двух милях от берега, с буксира, на корме которого стоял Хейердал-младший (сын Тура Хейердала от первого брака), был получен сигнал: буксирование закончено. Попрощавшись с близкими, которые находились на борту буксира, экипаж плота поднимает парус, и «Ра II» начинает самостоятельное плавание…

Дует попутный ветер, и «Ра II» достигает скорости 4—5 узлов — фантастический результат. Испытывая сильную боковую качку, он плывет на юго-запад. Волны достигают 2—4-метровой высоты.

Уханни и Охара больны — оба никогда не были в море. Товарищи утешают их, уверяя, что со временем они привыкнут к качке. Весь экипаж занят приведением в порядок снаряжения и прикладывает все усилия, чтобы как можно удобнее организовать жизнь на плоту.

Тем временем «Ра II» плывет, как быстроходная яхта: вечером за левым траверсом остается Могадор. Таким образом, расстояние в 80 миль пройдено за 12 часов. Это означает, что средняя скорость составляла 6 узлов. Поразительно! Ночью были видны огни Мога-дора, в далекие времена там находилась колония финикийцев…

На следующий день «Ра II» плыл все так же быстро, испытывая сильную качку. На палубе трудно сохранять равновесие. Члены экипажа не выспались, однако настроение отличное. Мысль о том, что успех сопутствует им, придает сил. Порывы ветра, дующего со стороны Сахары, полощут парус с такой силой, что экипаж опасается, выдержит ли он, и в конце концов убирает его (парус «Ра II» имел 8 метров в высоту и 7 метров в ширину).

19 мая — третий день плавания. Ветер утихает, и плот теряет скорость. Теперь он дрейфует, сносимый течением на юг. Первые осложнения. Штурман Бейкер обеспокоен, что «Ра II», все еще пребывающий сравнительно близко от африканского побережья, может быть вынесен в опасное место.

20 мая — ни дуновения ветерка, полный штиль. В 14 часов 45 минут на расстоянии каких-то двухсот метров от плота прошел рыболовный катер. Никто на этом судне, шедшем на полной скорости и, по-видимому, управляемом во время встречи автопилотом, не заметил «Ра II».

По-прежнему полное спокойствие в океане. У новичков появился аппетит. Африканский берег все еще таит в себе опасность для плота. И вдруг сногсшибательная новость: похоже, что «Ра II» начал терять плавучесть. Невероятно!

21 мая — пятый день путешествия. «Ра II» все более приближается к материку. Экипаж бессилен что-либо предпринять. Полный штиль. С плотом же творятся странные вещи. Он погружается. При спокойном состоянии океана это отлично видно. Каждый день плот оседает на 10 сантиметров. Так что же — поражение? Ведь опыт прошлогоднего рейса, казалось, достаточно убедительно засвидетельствовал, что в первый месяц плавания не может быть и речи о впитывании папирусом воды. Какова же причина этого непредвиденного явления? Иной вид папируса? Иная техника вязки снопов при сооружении плота?

Экипаж решает избавиться от всего лишнего, причем немедленно. Лучше ограничивать питание в надежде переплыть океан, чем тонуть сразу же после старта.

Вспоминая обо всех этих перипетиях, Хейердал писал, что после приключений прошлогодней экспедиции ему советовали проконопатить днище «Ра II» битумом. На древнеегипетских изображениях дко суден всегда было черным, в то время как естественный цвет папируса желтый или зеленый. То же самое подсказывала Библия. Согласно ей, Ноев ковчег был проконопачен битумом. Но Хейердал был настолько уверен, что все трудности предыдущего рейса проистекали от сугубо конструкторских ошибок, что отказался от каких-либо мер в этом направлении.

22 мая — шестой день рейса. «Ра II» колышется на мертвой зыби в покрытом жирными пятнами океане. Ветра, как и прежде, нет. Настроение мрачное, в довершение ко всему Бейкер никак не может привести в действие генератор, питающий передатчик. Наконец станция начинает работать. Быстро устанавливается связь со старыми друзьями во многих городах мира. (На протяжении всего рейса «Ра II» поддерживал радиосвязь со многими коротковолновиками мира. Бортовая станция имела позывной LI2B и работала на волне 14217 мегагерца.)

Очередная проблема. Жорж Сориал, дурачась с Сафи, позволил ей украсть свои очки, которые тут же полетели за борт. Поскольку во второй паре — темные стекла, а никаких запасных очков у него нет, он не сможет в дальнейшем нести ночные вахты.

На следующий день — все то же безветрие. За неимением других занятий экипаж развлекается сооружением клозета на краю одного из бортов судна. На противоположном борту подвешивается сетка, которая должна предохранять от акул во время купания.

Тихо. Как следовало из статистики лоцманских карт, в той части Атлантического океана, где находился «Ра II», на штили в мае месяце выпадает всего лишь один процент времени. При всем при том уже в течение недели на долю «Ра II», похоже, выпало стопроцентное затишье. Единственным утешением в этой беспросветности является то, что разгруженный плот перестал оседать [4]. Сносимый Канарским течением, он плывет к югу вдоль Африки. Сейчас «Ра II» пребывает где-то посредине между ее побережьем и Канарскими островами.

Пользуясь предоставившейся возможностью, члены экипажа ежедневно плавают вокруг плота. В этих занятиях принимает участие и утка Синдбад II, совершающая путешествие на равных правах с обезьяной Сафи. Подныривая под плот, члены экипажа видят не только уйму рыбы, снующей туда и обратно в его тени. Они убеждаются также в том, что подводная часть «Ра П» ничуть не деформировалась и выглядит великолепно. В отличие от «Ра», лежавшего на воде подобно матрасу, «Ра II» с его выпуклым днищем не подвержен никаким кренам.

Наконец, после недельного затишья, парус наполнился ветром. Порывы северо-восточного пассата быстро погнали плот вперед. Изо всех сил направляя его вправо, экипаж «Ра II» надеялся миновать на безопасном расстоянии мыс Юби.

26 мая, на девятый день путешествия, Бейкер, соскочив с крыши каюты с секстаном и бумагами в руках, сообщил долгожданную новость — опасный мыс остался за кормой. Перед «Ра II» открывались безбрежные просторы океана, самое меньшее — месяц пути, разумеется, если не подведет ветер. Изогнутый ахтерштевень «Ра II» на этот раз держится отлично!

30 мая. Прошло уже две недели после отплытия из Сафи. «Ра П», проделавший за это время около пятисот миль, приближается в открытом океане к тропику Рака.

Плот движется быстро, прокладывая курс все дальше на запад.

Суточный переход достигал теперь 60, 70, а то и 80 миль. Хейердал и штурман Бейкер сияли. Экипаж жил в добром согласии, что на море всегда очень важно. Единственное, что омрачает настроение интернационального экипажа, это ужасное загрязнение океана: масляные и нефтяные пятна, обширные скопления черных комков запекшегося мазута…

7 июня — двадцать второй день путешествия. Из блокнота Хейердала: «…Страшное чувство, что плот погружается все глубже, постепенно покидает нас. Специалисты по папирусу давали ему лишь двухнедельный срок плавания, однако наш плот на воде вот уже 33 дня.

Вода, которую мы пьем, солоновата. Я наполняю стакан на четверть морской водой и на три четверти — водой из наших запасов и выпиваю. Это освежает и, как в свое время на «Кон-Тики», не грозит никакими побочными последствиями».

[4] Причины частичного погружения «Ра II», наступившего вскоре после начала плавания, остались невыясненными.