Война в небесах: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Я должен поговорить с пилотами, — сказал Данло лорду Беде. На время он отключил радио, и в кабине стало тихо. — Наша междоусобная борьба, наше чванство друг перед другом — это шайда.

— У вас есть какой-то план, пилот? — спросил лорд.

Данло кивнул и поделился с ним своим планом.

— Прекрасно, — улыбнулся Беде. — Если хотите попытаться остановить войну, можете начать прямо сейчас.

И Данло присоединил свой голос к какофонии, наполняющей кабины трехсот пяти легких кораблей. Как мастер-пилот он имел такое же право голоса, как и все прочие. Его голограмма появилась среди других изображений. Данло успел прославиться как пилот, вышедший из хаотического пространства, и покоритель Экстра — а может быть, все дело было в его темно-синих глазах. Так или иначе, другие пилоты умолкли и стали его слушать.

— Мы, пилоты, — начал он, — всегда считали, что воплощаем собой дух Цивилизованных Миров. Но нам никогда не приходило в голову становиться их правителями. Содружество Свободных Миров! В чем оно, наше содружество, если мы обзываем друг друга, словно варвары? И где свобода, если эти миры просто ждут, когда другие прикажут им воевать? Разве они, имеющие дома и детей, рискуют меньше нашего? Если мы не сумеем остановить эту войну, они будут гибнуть, как снежные черви, застигнутые солнцем, по тысяче или по миллиону человек на каждого погибшего пилота. Это правда. Где же их свобода самим выбирать свою судьбу? Легких кораблей у нас триста пять. За своим иллюминатором я насчитал в сто раз больше других кораблей. Может быть, мы предоставим их пилотам выбрать, кто поведет их на войну?

Многие пилоты сразу уловили смысл в словах Данло. Мало кто из них хотел воевать в виде двух отдельных Орденов, и осложнения, к которым мог привести спор Кристобля с Зондервалем, вызывали общую тревогу. Зондервалю, однако, очень не хотелось предоставлять такое важное решение столь неполноценным существам, как народы Цивилизованных Миров. С другой стороны, он был проницателен, и дальновидность пересиливала в нем даже высокомерие. Поэтому он с тщательно разыгранным недовольством обменялся понимающим взглядом с Данло и дал согласие на его предложение.

Только Кристобль и несколько его ближайших друзей выступили против, но прилив страстей — прилив истории — больше не благоприятствовал им. Двести пятьдесят пилотов стукнули алмазными кольцами по твердым предметам в кабинах своих кораблей, утверждая за Содружеством Свободных Миров право самому решать свою судьбу.

Почти никто не сомневался в том, какое решение примет Содружество — если оно вообще способно было что-то решить. На орбите Шейдвега находилось более тридцати тысяч кораблей, и в них помещалось как минимум пять миллионов человек, представляющих тысячу Цивилизованных Миров.

Среди этих людей были принцы и гуру, эталоны, старейшины и архаты. Многие, возможно, пожелали бы командовать флотом сами, но у всех, кроме Маркомана Сольскенского и принца Генриоса ли Аиггорета, хватило ума признать, что в мастерстве они уступают даже самым младшим пилотам Ордена. Поэтому дебаты сосредоточились в основном на том, кого выбрать Главным Пилотом Содружества — Зондерваля или Кристобля. (Рассматривались также кандидатуры Елены Чарбо и других мастер-пилотов, не столь тщеславных, как эти двое.) Некоторые утверждали, что голос в этом вопросе должен иметь каждый боец Содружества; другие находили это нечестным, поскольку отдельные миры прислали к Шейдвегу больше пятидесяти тяжелых кораблей с тысячами солдат на борту, а многие смогли выделить лишь несколько десятков каракк; эта партия стояла за то, чтобы предоставить по голосу каждому миру.

Здесь не хватило бы места, чтобы описать все извилистые пути, по которым это множество людей из множества миров пришло наконец к решению. Только через шестнадцать дней они договорились, что голосовать будет каждый мир, а не каждый человек. Выборы Главного Пилота заняли гораздо меньше времени; им, как и надеялся Данло, стал Зондерваль.

Никакой авторитарной власти ему при этом не предоставлялось. Он назначался только военачальником в том случае, если войны избежать все-таки не удастся. Решение о том, быть войне или не быть, Содружество примет большинством голосов, и все решения по ключевым вопросам стратегии — тоже.

В случае победы над рингистами условия мира с Невернесом тоже определит Содружество.

То, что основную долю власти получило Содружество, имело глубокие последствия. Это ограничивало Зондерваля в навязывании своей воли подчиненным, но, по сути, укрепляло его лидерство, поскольку способствовало созданию боевого братства, только начавшего распускаться, как редкий цветок, между многочисленными мирами. Чем прочнее это чувство между теми, кто может вместе пасть в бою, между ведущими и ведомыми, тем прочнее и войско. Это тоже входило в план Данло. Многие благодарили его за то, что он разрешил тупиковую ситуацию между Кристоблем и Зондервалем, сыграв тем самым роль акушера при рождении истинного Содружества Свободных Миров.

Но когда лорд Беде тоже поздравил его с блестящим дипломатическим успехом, Данло ответил странно.

— Это верно, я помог закрыть брешь между двумя нашими пилотскими Орденами, — сказал он лорду (и Эде тоже), зажимая рукой шрам-молнию у себя на лбу.

— Даже Кристобль смирился с неизбежным, — запрограммированно улыбаясь, заметил Эде.

— У него не было другого выхода, учитывая проявленное Зондервалем великодушие, — сказал лорд.

Зондерваль, став командующим, предложил Кристоблю и другим невернесским пилотам принести присягу Новому Ордену. Кристобля и Алезара Эстареи он сделал капитанами вновь сформированных отрядов, Одиннадцатого и Двенадцатого, и даже объявил Кристобля своим советником во всех вопросах стратегии и тактики. Последняя должность, принимая во внимание характер Зондерваля, обещала остаться чисто номинальной, но оказанная ему честь все-таки немного утихомирила буйного Кристобля.

— Все вышло, как вы надеялись, — добавил Демоти Беде, теребя родинку у себя на щеке. — Даже принц Генриос согласился подчинить свои корабли Алезару Эстареи — слыханное ли дело, чтобы принц Толикны слушался простого мастер-пилота!

— Да, — согласился Данло, — в Содружестве теперь установился мир.

— Почему же вы тогда так печальны?

Данло, глядя в иллюминатор на тридцатитысячный флот над Шейдвегом, ответил:

— Может быть, мир, который я установил в Содружестве… послужит только войне.

— Возможно и такое, пилот. Но укрепленное вашими стараниями Содружество может способствовать и тому, что войны не будет вовсе, — разве нет?

Но Содружество уже вступило в войну — так по крайней мере утверждали Сабри дур ли Кадир и многие другие. Засада рингистов и уничтожение ими пятнадцати кораблей были, бесспорно, враждебными актами — с какой же стати Содружеству притворяться, что мир еще возможен? Можно ли полагаться на то, что весь рингистский флот не появится вдруг из черных лесов мультиплекса? Следует ли самим пилотам Содружества воздерживаться от уничтожения рингистских кораблей, если такой случай представится?

— Надо напасть на них до того, как они нападут на нас, — сказал Сабри дур ли Кадир на совещании, в котором участвовали все тридцать тысяч кораблей. Его лицо чернотой и резкостью черт напоминало обсидиан. — Надо как можно быстрее составить план кампании, а затем атаковать.

Много голосов, однако, подавалось и в пользу мира. Данло и лорд Беде говорили, что Содружеству следует продемонстрировать свою силу и тем отбить у рингистов желание воевать; Макара с Ньювании, известный архат, предлагал отнестись к рейду рингистов как к досадной случайности. Онен Найати, эталон с Веспера, либо трус, либо очень мудрый человек, объяснял всем, что война с рингистами — это безумие: все равно, мол, как если бы ястреб налетел на орла. Такие речи, разумеется, побуждали к постоянному сравнению сил беих сторон.

Содружество включало в себя тысячу миров, оппозиционно настроенных к рингизму. К нему же можно было причислить четыре инопланетных мира: Даргин, Фравашию, Элидин и Скутарикс, но они не шли в счет, поскольку никогда не послали бы свои корабли на человеческую войну. Около четырехсот миров оставались нейтральными, столько же вело внутрипланетную гражданскую войну за то, на чью сторону стать. Выходило, что рингистов поддерживает 1202 мира, в том числе наиболее богатые и могущественные из всех Цивилизованных: Утрадес, Яркона, Асклинг, Небесные Врата, Арсит и другие. По оценке Онена Найати, они были способны собрать не менее тридцати пяти тысяч кораблей. Легких орденских кораблей, этих сверкающих мечей ночи, у лорда Сальмалина, по словам Кристобля, имелось 451.

Итак, перевес был на стороне врага, учитывая в особенности то, что в битве один легкий корабль стоит двадцати каракк, если не больше. Пилоты и принцы Содружества скорее всего решили бы повременить с войной, но тут случилось нечто, заставившее их взглянуть на вещи более широко и напомнившее им, что цели вселенной намного масштабнее человеческих.