Несмотря на глухую ночь, нас вышло проводить почти все население острова.
— Черт возьми, как жаль, что в кабине нет пятого места! — воскликнул Коррингтон, пожимая нам руки. — Но одно мгновение. — Он направил на нас свою камеру.
Когда мы уже поднимались по трапу, Гера, жена Нильсена, громко спросила:
— Карл, ты уверен, что им удастся привезти этого Атиллу?
— Уверен.
— Я не совсем разделяю эту уверенность: слишком мала машина. Надо было бы вызвать из Коломбо сухой док.
Нильсен закашлялся.
Американец сказал:
— Не тревожьтесь, мадам, эти ребята подвяжут его к фюзеляжу.
Павел Мефодьевич молча помахал рукой.
В лагуне засветилась дорожка для разбега. Костя с Петей заняли места пилотов.
По бокам взлетной дорожки, состязаясь в скорости с гидролетом, мчались дельфины. Они уже знали, куда и зачем мы летим. Нильсен передал в лагуну сообщение Тави и свои ответы ему, и приматы моря провожали нас, желая удачи.
С высоты трех тысяч метров поверхность океана казалась мутно-серой. Костя поднял машину почти к «потолку», и все равно океан мерцал под нами и казался совсем близко, источая свет звезд и своих бесчисленных обитателей.
Петя и Костя разговаривали с Тави и Нильсеном. Тави сказал, что Атила несколько сбавил скорость, но все же упрямо плывет к югу. Нильсен приказал Тави ни в коем случае не вступать в драку с косатками, а только отвлекать их от Атиллы. Затем посоветовал нам не злоупотреблять применением антистимуляторов и рассказал, как года два назад он сам перестарался, пытаясь остановить такого же беглеца, и в результате кит неделю продремал, покачиваясь на волнах, а Нильсену пришлось сторожить его.
Сообщив все это, Нильсен растаял на экране.
Маленький Ки заснул, свернувшись калачиком на сиденье. Петя что-то рассказывал Косте, и они смеялись. В прозрачный потолок гондолы смотрели звезды. Среди них ярко горел спутник Биаты.
Тави передал:
«Они изменили курс. Идут на сближение. Послал Крака отвлечь их в сторону».
Нильсен, одновременно слышавший это ничего хорошего не обещающее сообщение, сказал нам:
— Постарайтесь, ребята, разыскать косаток, пока они еще не напали на Атиллу.
— Как будто для этой цели мы и летим, — Костя бросил машину вниз так резко, что Ки проснулся и спросил: «Уже посадка?» — и заснул опять.
Петя недовольно заметил:
— Что за манера так варварски вести машину! Ты развалишь на куски эту старую колымагу.
Нильсен предложил:
— Советую использовать ночной стереобинокль для обзора поверхности океана.
Костя подмигнул Пете, тот приник к окулярам оптического прибора.
— Не отрываем глаз от этого бинокля, — сказал Костя Нильсену, — но пока ничего не видно.
— Да, да, ничего, — подтвердил Петя. Костя спросил:
— Что за термин ты употребил сейчас? Что за «колымага», откуда это?
— Листал недавно уникальную энциклопедию у старика. Нужны были сведения древних о Калане. Смотрю — странное слово. Оказывается, это не менее странное сооружение на колесах, еще более древнее, чем автомобиль, на нем передвигались исключительно по твердым поверхностям. Без двигателя.