Разве мы успеем подготовиться?
– Успеем, – заверил ее Джек. – И потерпим неудачу. Во всяком случае, так это будет выглядеть со стороны. А вы начнете эту операцию завтра утром.
–Я?
Тайя помертвела, но покорно выслушала, в чем заключается ее задача.
– Почему Тайя? – потребовала объяснений Ребекка. – Из нас шестерых я единственная, кого не знает ни Анита, ни ее громилы.
– Ты не можешь быть в этом уверена, – поправил Джек. – Вполне возможно, что она видела твою фотографию. Кроме того, ты нужна здесь. Ты наш лучший технический специалист после меня.
– Тайя быстро соображает. Более того, – сказал Малахия, взяв ее за руку, – она делает это инстинктивно. Становится невидимой, но замечает все вокруг. Именно я предложил поручить тебе это дело, – кивнул он Тайе. – И знаю, что оно тебе по плечу.
«Поразительно, – подумала Тайя. – Впервые в жизни ей доверяли полностью. И это было вовсе не страшно. Наоборот, приятно».
– Да. Да, я справлюсь.
– О'кей. – Джек встал. – Тогда займемся делом. Джек и Ребекка вернулись в квартиру только после полуночи. Бардетт знал, что она не слишком довольна разработанным ими планом. Если бы было по-другому, он бы в ней разочаровался.
– Почему взломщиками будете именно вы с Клео? Джек с удовлетворением отметил, что в ее голосе прозвучал намек на ревность. Если только это ему не показалось.
– Во-первых, чтобы попытка взлома выглядела правдоподобной, мне нужны дополнительные силы…
– Почему именно Клео, а не Мал или Гедеон?
– Они будут патрулировать местность, следить за обстановкой. Выпьешь бренди? – спросил он, налив себе бокал.
– Нет. Но это не объясняет…
– Я еще не закончил. – Он размешал янтарную жидкость, сделал глоток, увидел, что у нее загорелись глаза от нетерпения и испытал некоторое злорадство. – Несмотря на стремительно наступающее равенство полов, к женщинам, гуляющим по нью-йоркским улицам в разгар ночи, пристают чаще, чем к мужчинам. Поэтому ваши братья будут осуществлять наблюдение, вы с Тайей – сидеть в фургончике и оказывать техническую помощь, я мы с Клео – делать дело.
Все выглядело настолько логичным, что спорить не приходилось. Но Ребекка нашла в плане другой изъян.
– Тайя очень нервничает из-за того, что ей предстоит утром.
– Тайя нервничает из-за всего на свете, но она справится. Если возникнут трудности, она их преодолеет. Потому что Мал в нее верит, а она его любит.
– Ты так думаешь? – Тон Ребекки смягчился. – Любит?
– Угу. Это видно за милю.
Ребекка шагнула вперед, взяла у Джека бокал и пригубила его.
– Нам предстоит трудный день, – сказала она, не сводя глаз с Бардетта. – Я иду спать.
– Хорошая мысль. – Джек поставил бокал, взял Ребекку за руки и прижал спиной к стене.
– Одна.
– О'кей. – Продолжая смотреть ей в глаза, Бардетт опустил голову. Сначала поцелуй был легким и дразнящим, но постепенно становился все более страстным.
Глаза Ребекки затуманились, пальцы впились в его бедра. Джек почувствовал дрожь, сотрясавшую ее тело, услышал сдавленный стон, сорвавшийся с ее губ.
И все же она сопротивлялась.
– Почему? – Он рванул ее к себе. – Скажи, почему. Ребекку тянуло к нему до боли.
– Потому что это важно. Очень важно, Джек. – Она прижалась щекой к его груди. – И это меня пугает. – Она повернула голову, провела губами по его щеке, затем легко отстранилась, сделала несколько шагов по коридору и скрылась в спальне для гостей.