– Я верю, что они существовали, – сказала Анита, поглаживая кончиком пальца Клото устоявшую на письменном столе. – Пол часто рассказывал о них. Более того, мой клиент тоже верит в их существование. Честно говоря, Стефан, он возбудил во мне такое любопытство, что я начала поиски и стала наводить справки. Один источник, заслуживающий доверия, утверждает, что одна из статуэток, а именно третья, находится в Афинах.
– К сожалению, я ничего об этом не слышал.
– Приходится хвататься за любую соломинку. Не люблю разочаровывать клиентов. Надеюсь, вы сможете навести кое-какие справки. Если в ближайшие несколько недель у меня появится возможность выбраться, я бы с удовольствием совершила путешествие в Грецию. Чтобы соединить приятное с полезным.
– Конечно, вы должны приехать и остановиться у нас, – любезно предложил Никос. – Гостевой флигель в Афинах и наш дом на Корфу к вашим услугам. А я тем временем постараюсь кое-что узнать.
– Не могу выразить, как я вам благодарна. Мой клиент немного чудаковат и просто одержим этими статуэтками.
Довольная собой, Анита решила сделать еще один звонок.
Она посмотрела на часы, перелистала ежедневник и выбрала наиболее удобное время для будущей встречи.
– «Бардетт секьюритиз», – тут же отозвалась секретарша.
– Анита Гай хочет поговорить с Джеком Бардеттом.
– Прошу прощения, мисс Гай, но мистер Бардетт в данный момент недоступен. Вы оставите для него сообщение?
Недоступен? Идиотка, ты что, не знаешь, кто я такая? Анита стиснула зубы.
– Мне очень важно как можно скорее поговорить с мистером Бардеттом.
«Немедленно», – подумала она. У нее был еще один план, который не терпел отлагательств.
– Я непременно передам ему ваше сообщение, мисс Гай. Если вы оставите номер, по которому он может позвонить, я…
– У него есть мой номер. Все мои номера.
Анита бросила трубку. Недоступен, черт побери! Так пусть будет доступен, и поскорее. Иначе ему же будет хуже.
Она не собиралась упускать Клео Толивер и вторую Судьбу. Джек Бардетт был как раз тем человеком, который мог взять на себя эту работу.
В этот момент Бардетт тоже звонил по телефону. Точнее, Джек провел за телефоном и ноутбуком почти весь перелет через Атлантику. За это время Ребекка успела посмотреть два фильма. Вернее, полтора, потому что во время второго уснула.
Ей тоже хотелось воспользоваться телефоном, чтобы позвонить матери и братьям. Но Ребекка сомневалась, что может позволить себе такие расходы. А попросить Джека оплатить разговор она не решалась. На данном этапе развития их отношений это было рискованно. Джек мог подумать, что ее интересуют только его деньги. Конечно, деньги имели значение, но не были для нее главным.
Ей нравилось, как Джек вел себя с прадедом и прабабкой. Он был нежным и заботливым, но не опекал их. По мнению Ребекки, если человек легко и непринужденно общался со своими родными, это кое-что значило.
Конечно, на ее вкус, Джек был чересчур властным, но Ребекке пришлось признать, что мужчины, которые становятся по стойке «смирно», стоит ей щелкнуть пальцами, выводят ее из себя. Джек имел приятную внешность, что имело не меньшее значение, чем его толстый бумажник. И он был умен.
Ребекка хотела спросить, сколько еще продлится полет, но заметила, что он снова набирает чей-то номер. За пять часов полета Джек не сказал ей и двух слов. Она немного расстроилась, но решила, что обижаться не будет.
– Сообщение от Аниты Гай, – внезапно промолвил он.
– Что ей нужно?
– Она не сказала.
– Вы будете звонить ей?
– В свое время.
– Почему не сделать это сейчас? Тогда мы бы знали…
– Во-первых, пусть она немного подождет. Во-вторых, ей не следует знать, что я нахожусь на борту самолета. Если она позвонила – значит, ей что-то нужно. Ничего, никуда не денется.
Нью-Йорк повергал Ребекку в трепет. Хотя она не желала вести себя как приезжая из глухомани, но собиралась насладиться каждой минутой пребывания в этом городе. Тут было все, что она себе представляла. Небоскребы, магазины, раскинувшиеся на целые километры, широкие и многолюдные улицы. Впервые видеть их из окна лимузина – настоящего лимузина, огромного, как яхта, с целым морем мягкой кожи сливочного цвета и шофером в форме, – было здорово.