И добавил после паузы:
— Пятьдесят тысяч максимум, да?
— Это моя оценка, друг Гектор, — ответил я.
— Следующий лот, — объявил аукционист, когда полотно вынесли на подиум. — Портрет неизвестной, автор — Кристофер Килкуллен, прославившийся как флотоводец, силы которого разбили значительно превосходящего противника во время восстания джагонов, в 4306 году Г.Э.
Он сделал паузу, заглянув в свои записи.
— Уйдя в отставку, командор Килкуллен занялся живописью, и хотя он создал не много, его произведения сейчас выставлены в музеях на Спике II и Лодине XI, а также на его родине, Бортаи. Данное полотно пожертвовано из имущества покойного Генриха Фолльмайра, губернатора Мирзама X, с резервом двадцать тысяч кредитов.
— Я не знаком с этим термином, друг Гектор, — прошептал я.
— Резерв? — переспросил он. — Это значит, что владелец, в данном случае его душеприказчики, объявили минимальную сумму в 20 тысяч кредитов, за которую они выкупят картину, если цена не поднимется выше.
— И галерея получит из них комиссионные? — поинтересовался я.
— Именно так. Готов спорить, что Аргентина III не упустит ни кредита, когда речь идет о собственных резервах.
Почти минуту стояла тишина, затем Рейберн кивнул одному из помощников аукциониста.
— Двадцать тысяч от галереи Клейборн, — объявил аукционист. — Кто даст двадцать пять?
Он оглядел зал.
— Двадцать пять тысяч?
Прошло еще полминуты.
— Последнее предложение! — объявил он. — Кто готов дать двадцать пять тысяч?
И вдруг улыбнулся кому-то в противоположном от нас конце зала.
— Малькольм Аберкромби дает двадцать пять тысяч. Кто даст тридцать?
Рейберн утвердительно кивнул.
— Есть тридцать. Кто даст тридцать пять?
Я посмотрел через зал и увидел седовласого джентльмена с густыми кустистыми бровями и глубокими морщинами у глаз. Он поднял четыре тонких пальца и сжал их в кулак. Пигментные пятна на коже руки выделялись резче, чем гладкое платиновое кольцо.
— Кто это, Достойная Леди? — спросил я у Тай Чонг.
— Это Малькольм Аберкромби, — ответила она.
— От какой он галереи? — спросил я снова. — Его имя мне не знакомо.
— Он коллекционер. Я мало о нем знаю. Он живет здесь, на Дальнем Лондоне, и слывет затворником.
— Мистер Аберкромби предлагает сорок тысяч, — аукционист повернулся к Рейберну. — Кто скажет пятьдесят?
После долгой паузы Рейберн еле заметно кивнул.
— Есть пятьдесят тысяч. Кто больше?
Аберкромби поднял пять пальцев, сложил кулак и выставил указательный.
Аукционист непонимающе посмотрел на него и наконец спросил: