Улыбка медленно появилась на моих губах.
— В конце концов, я ведь тебя…
— Даже не пытайся закончить эту фразу! — Она схватила свои носки и колготки. Натягивая их, она запрыгала на одной ноге. — Временами я тебя просто ненавижу.
Я сел.
— А совсем недавно ты очень даже любила меня.
— Заткнись! — Она занялась другой ногой. — В общем, так. В воскресенье я иду с вами. Конец дискуссии.
Скинув ноги с кровати, я встал.
— Я против.
Натянув колготки, она посмотрела на меня.
— Ты не можешь мне приказывать, что делать, Деймон. — Она схватила один из ее ботинков. — К твоему сведению, я не хрупкая беспомощная принцесса, которую надо постоянно спасать.
Я закатил глаза.
— Жизнь — это не роман, Кэт.
Она взяла другой ботинок.
— Да ты что, правда? Вот зараза! — Кэт натянула второй ботинок. — А я-то надеялась, что ты уже заглянул в последнюю главу и сейчас расскажешь мне, что будет. Обожаю спойлеры. — Она развернулась и вышла из комнаты и направилась вниз, а затем на улицу.
Я последовал за ней, отчаянно пытаясь заставить ее понять, почему я так поступаю, и отчаяние было причиной, почему я сказал следующее.
— После истории с Блейком ты сказала, что будешь доверять мне и перестанешь сомневаться в моих решениях. Но все повторяется. Ты не слушаешь ни меня, ни здравого смысла. А что буду делать я, когда ты опять наломаешь дров?
Она ахнула, пятясь.
— Деймон, это удар ниже пояса.
— Но это правда.
Ее глаза заблестели, и я выругался себе под нос.
— Я знаю, тобой руководят самые благие намерения, но мне не требуются дружеские напоминания о том, что я облажалась. Я в курсе. И пытаюсь все исправить.
— Кэт, я ведь не из вредности.
— Понимаю, по доброте душевной. — Ее взгляд упал на что-то за моим плечом. Я обернулся. Свет от фар пробивался сквозь туман, двигаясь по дороге. Ее голос был хриплым, когда она снова заговорила. — Слушай, мне надо идти. Там мама возвращается.
Кэт поспешила сойти с крыльца, но я не позволил ей сделать это. Двигаясь быстро, я оказался перед ней. Она остановилась, ее глаза расширились.
— Терпеть не могу, когда ты так делаешь.
— Кэт, подумай о том, что я тебе сказал. Тебе не нужно ничего никому доказывать.
— Не нужно, говоришь?
— Нет, — сказал я, и я говорил это в тысячный раз.
Но я знал, что даже если бы я кричал это с вершины гор Сенека, она бы не почувствовала себя иначе. Я наблюдал за ней, пока она ждала свою маму на крыльце, после чего я отвернулся.
Удивительно.