Что за черт? Он был здесь? Я был не сильно удивлен, когда поднимался по ступенькам. Я имею в виду, да, он был здесь с Кэт в шесть утра, и это было чертовски странно, но Доусон… он сам в последнее время стал чертовски странным.
Я подошел к спальне Кэт. Дверь была открыта. Доусон стоял у окна с видом на передний двор, Кэт лежала в постели, выглядя… черт, выглядя так, будто я должен был быть рядом с ней.
Боже, как же я скучал по ней.
Ее взгляд бродил по моему лицу, а затем опустился ниже, прежде чем снова подняться. Ее щеки слегка порозовели.
— У вас что, пижамная вечеринка? — спросил я. — А меня, почему не позвали?
Доусон прошел мимо меня и вышел из комнаты. Несколько секунд спустя хлопнула входная дверь. Я вздохнул.
— Ладно. Теперь ты представляешь, во что превратилась наша жизнь за эти два дня.
Сожаление промелькнуло в выражении лица Кэт.
— Я очень сочувствую вам с Ди.
Услышав ее хриплый голос, в то время как она произносила эти слова, я захотел ударить что-нибудь, когда подошел к кровати.
— А как он вообще очутился в твоей спальне?
— Просто не мог заснуть. — Кэт сделала паузу, когда я наклонился и потянул на себя одеяло. Кэт схватилась за край, но когда я потянул снова, она отпустила его. — Он сказал, что не хочет мешать вам, — добавила она.
Я скользнул под одеяло, устроившись на своей стороне так, чтобы быть лицом к ней.
— Он нам не мешает.
Сомнение промелькнуло на ее прекрасном лице, а затем она перевернулась на своей стороне кровати.
— Знаю. — Ее мягкий взгляд снова был в движении, и я пожелал, чтобы ее руки тоже были задействованы. — Он сказал, что я напоминаю ему Бет.
Что, черт возьми? Я нахмурился.
— Не в том смысле, что ты подумал. — Кэт закатила глаза.
— Кэт, я люблю своего брата, честно. Но не знаю, что и думать, застав его в твоей спальне. — Я протянул руку и убрал несколько прядей ее волос за ухо. Она вздрогнула от легкого касания, и я улыбнулся. — Сдается мне, я должен как-то пометить свою территорию.
— Замолчи!
— Обожаю, когда ты пытаешься командовать. Это так возбуждает.
— Ты неисправим, — сказала она, ухмыляясь.
Я осторожно придвинулся, прижимая свои бедра к ее.
— Я рад, что твоя мама застряла где-то из-за снегопада.
Она приподняла бровь.
— Почему?
Я поднял плечо.
— Потому, что она вряд ли обрадовалась бы, увидев нас теперь.
— Это точно.
Придвигаясь к ней до тех пор, пока едва ли дюйм разделял нас, я позволил ее персиково-ванильному аромату окружить меня.