Лейн переместил свой вес на другую ногу.
— Вы все снова играли в футбол?
Я чуть не рассмеялся. Ди придумала это оправдание в прошлый раз, когда нас расспрашивали о необычной активности. Мы не играли ни в какой футбол для Лаксенов и уж точно не кидались энергетическими шарами, но это было отличным предлогом. Я кивнул. — С Томпсонами. Мы немного переборщили.
— Ваши новые соседи не видели этого, верно?
Я сжал челюсть.
— Мы не идиоты. Их не было дома.
Лейн кивнул.
— Приятно слышать.
Оттолкнувшись от своего внедорожника, я опустил руки.
— Что-нибудь еще?
Офицер Лейн покачал головой.
Я открыл водительскую дверь и уже собирался забраться внутрь, когда он остановил меня.
— Будь осторожен, Деймон. Теперь, когда у вас появились соседи, не только я и Вон будем приглядывать за вами. Вы, возможно, захотите отложить свой футбол.
***
В субботний вечер я собираюсь запереть Кэт в ее доме. Клянусь Богом, духами, и кем бы то ни было ещё, это произойдет.
— Ты позволишь мне сделать это, — сказала Кэт, ее глаза были цвета грозового неба, когда она впилась в меня взглядом. — Потому что я не собираюсь просто сидеть здесь и ничего не делать.
— Я не говорил, что ты должна сидеть здесь. Я тоже этого не хочу.
Ее подбородок слегка приподнялся.
— В таком случае никто не заставляет тебя находиться тут!
— Правда? — Мой голос был пропитан насмешкой. — Думаю, ты знаешь, почему я здесь.
Кэт запрокинула голову назад и застонала.
— Я просто хочу сходить в книжный магазин, о котором мне рассказывала Карисса. Это в городе.
Я знал, о каком магазине она говорила. Не то, что бы его было сложно вычислить. В городе был один единственный книжный магазин. Его сдавали в аренду, и владелец порой даже понятия не имел, что у них есть в ассортименте или какова стоимость книг.
— И хотя последнее, что я хотел бы делать — это проводить вечер пятницы в книжном магазине, все, что я скажу, так это то, что я иду тобой.
Ее маленькие ручки сжались в кулаки.
— Разве ты не понимаешь, почему я не хочу, чтобы ты шел со мной? Ты не хочешь идти, и превратишь поход за книгами в самый худший опыт, когда-либо пережитый мной.
Я закатил глаза.
— Не превращу.
Она скрестила руки на груди и многозначительно посмотрела на меня.
— Серьезно.