— В основном-то как раз ядовитых, как, к примеру, мой отец.
За ними тихо и незаметно шел Кейн. Он внимательно прислушивался к их разговору. Почему-то он вспомнил сейчас, как однажды, будучи в горах, собирался найти особую формацию горных пород. А вместо этого вдруг наткнулся на настоящую золотую жилу. Он ясно вспомнил сейчас то ощущение: от неожиданного открытия нервы у него приятно защекотало, по всему телу-словно пропустили электрический ток…
— Мой отец был очень увлечен тем, что сам он называл «экологией песков»…
— А что это такое?
— Ну, он изучал, как змеи приспосабливаются к жизни в очень засушливых уголках нашей планеты. Ты ведь знаешь, большинствоэмей, обитающих в пустынях, ядовиты. Очень ядовиты.
— В Моавийской пустыне, например?
— И в пустынях Сахара, и Негев, и Сонора (Моавийская пустыня — расположена на восточном берегу реки Иордан; Негев — пустыня на юге Израиля; Сонора — пустыня в одноименном штате на северо-западе Мексики.), — ответила Шелли, заходя в спальню Билли. — Когда я была маленькой, нам доводилось жить практически во всех больших пустынях земного шара.
— Как классно! Я тоже всегда мечтал пожить в пустыне.
— Да ты и так живешь одной ногой в пустыне, — улыбнулась Шелли, — в Южной Калифорнии. Если бы сюда не привозили воду, никто бы и месяца здесь не протянул.
— Ну да?
— Да, именно так, — раздался вдруг спокойный голос Кейна, в котором послышались веселые нотки.
От неожиданности Шелли так и подскочила на месте. Увлеченная разговором с Билли, она не заметила, что Кейн все это время шел за ними.
— Для взрослого мужчины вы совершенно неслышно ходите, —сухо сказала она.
— В вас гораздо больше удивительного, — ответил ей Кейн.
Приподнявшись на цыпочки, она взглянула через его плечо:
— А где же Джо-Линн?
— Мама никогда не заходит в мою комнату, — Ответил Билли. — Она ее просто терпеть не может.
— М-мм… — только и смогла произнести Шелли. Мальчик начал было снимать удава с руки Шелли, однако это оказалось не так-то просто. Согретый теплом ее кожи, Сквиззи отнюдь не торопился покидать полюбившееся ему место.
— Когда она заглядывает ко мне, то просто в бешенство приходит, — объяснил Билли и вздрогнул. — Впрочем, ее много чего может разозлить. Особенно папочка. Эй, ну же, отцепляйся, Сквиззи…
Билли изо всех сил пытался снять своего питомца с руки Шелли.
Тщетно. Удав даже не пошевелился.
— Эй ты, а ну-ка перестань. Давай отцепляйся… Пора идти домой!
Однако Сквиззи изо всех сил пытался оправдать свое прозвище. Ему очень не хотелось уходить с теплых рук Шелли.
Кейн близко склонился к Шелли и, чтобы его не услышал Билли, прошептал:
— Сначала покорили мое сердце, а теперь вот удава…
— Этого констриктора? — Произнося эти слова, Шелли с удивлением ощутила, что близость Кейна ее не раздражает.
— Он понимает, что такое настоящее тепло. — Кейн кивнул на удава.
— Сквиззи, ну же, иди ко мне! — Билли уже начинал сердиться. — Давай-давай, нечего тут…
— Дай-ка я попробую… — И Кейн еще больше приблизился к Шелли.
Одной рукой он ловко схватил удава за голову, а другой осторожно стал снимать его с руки Шелли — кольцо за кольцом.