Идеальная женщина: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Не важно, что произошло, у нее всегда остается цветное стекло — выход тех эмоций, которые, дай она им волю, способны разрушить ее.

Энджел глубоко вздохнула и прошла к рабочим столам, стоящим вдоль стены. Два стола казались обычными, только покрыты были толстой тканью, а у третьего столешница была стеклянная, и лампы под ней подсвечивали разложенный на поверхности витраж.

Энджел прошла именно к этому столу. Рисунок, над которым она работала, был обманчиво прост — три банки варенья на деревянном подоконнике. Через окно виднелись заросли малины и ежевики, а само окно было сделано из бледно-золотистого стекла.

Энджел могла выбрать для этого и обычное оконное стекло, но она никогда не пользовалась неокрашенным материалом: прозрачные осколки, сверкающие под ярким белым светом, воскрешали в памяти слишком болезненные картины боли и смерти.

Большая часть деталей была уже огранена, Энджел осталось лишь придать форму ягодам, которые висели на ветках малины. Листьями послужит зеленое бракованное стекло — его естественное несовершенство даст перепады цвета, что так характерно для живой природы.

Прожилки на стеклянных листьях Энджел предпочла прорисовать, а затем обжечь в печи. Можно было просто выгравировать желобки, но Энджел любила комбинировать разную технику.

Она включила печь для обжига, натянула перчатки и вернулась к столу с подсветкой.

Взяв в правую руку стеклорез, Энджел приложила кусок малинового стекла к сделанному из бумаги чертежу, который она расстелила на столе. Пробивающийся через бумагу свет лампы вырисовывал черные линии, которым она должна следовать. Ролик стеклореза заскрипел, когда Энджел провела им по гладкой поверхности.

Сделав первый надрез, Энджел опустила инструмент и осторожно надавила на стекло.

Несмотря на свое название, стеклорез на самом деле не разрезал стекло, а образовывал линию измененной молекулярной структуры. С точки зрения физики стекло могло вести себя наподобие жидкости, а не твердого тела, то есть в некотором роде восстанавливаться.

Если не разделить кусочки стекла в течение нескольких минут после надреза, молекулы вновь соединятся друг с другом, и линия разлома станет неровной.

Узор из ягод был слишком сложным, чтобы его можно было изготовить за один заход. Вырезав требуемые фрагменты, Энджел достала специальные кусачки и принялась обрабатывать края, пока не достигла желаемой формы. Эта операция требовала внимания и сосредоточенности, и то, и другое сейчас было жизненно необходимо Энджел, как лекарство.

Тем не менее ум ее исподволь продолжал нащупывать выход из сложившейся ситуации, который позволил бы ей обрести душевное равновесие и жить не только настоящим.

Работа со стеклом всегда приносила успокоение Энджел. Вначале она помогала справляться с маленькими разочарованиями детства, а потом помогла примириться и с ужасающей смертью ее родителей, Гранта и его матери в огне аварии. Она поможет ей и с Хоком!

Работая в тишине, где слышался лишь скрип разрезаемого стекла, Энджел готовила свой подарок миссис Карей. Когда печь нагрелась, Энджел поместила туда «листья», а пока они обжигались, занялась бледно-золотистым стеклом. Это был большой кусок с неровными краями, но вместе с тем странно привлекательный. Уверенными движениями Энджел обрезала его края, многолетний опыт позволял ей делать это не раздумывая.

Затем она поместила на стол кусок дерева и достала специальный подрамник.

Энджел проработала всю ночь, отвлекаясь лишь на то, чтобы вытереть слезы, которые непроизвольно наворачивались на глаза.

Она замечала их, только когда картина начинала расплываться у нее перед глазами, а старые воспоминания смешивались с новой болью.

За окном посветлело, но Энджел не заметила восхода солнца, так же как не чувствовала, что ноют от усталости мышцы ног, и не видела следов слез на обшлагах рукавов, которыми она вытирала глаза. Все ее внимание было приковано к картине.

Энджел смешала цемент, готовясь наложить его на витраж, — необходимая завершающая деталь; это не позволит выпасть стеклянным кусочкам.

Она наносила цемент на обе стороны законченного витража, заполнив им все зазоры между стеклом и рамой. Затем, прежде чем раствор схватился, она сняла лишний цемент деревянным скребком, следя, чтобы линии рисунка оставались такими же чистыми, как само стекло.

Алые краски восхода заменил яркий свет дня, но Энджел все еще не поднимала глаз от работы. Неожиданно за ее спиной раздался скрип деревянного пола, и в комнату вошел заспанный Дерри:

— Энджи! Что случилось? Почему ты не на рыбалке?

Глава 15

Энджел обернулась и с удивлением обнаружила, что наступило утро.

Она крепко зажмурилась, затем медленно открыла глаза и впервые за несколько часов оторвала взгляд от рабочего стола.

Дерри подошел ближе, слегка раскачиваясь всем телом на костылях:

— Энджи, сколько часов ты работала?

— Некоторое время, — уклончиво ответила Энджел и снова перевела взгляд на витраж. — Я почти закончила.

На самом деле она закончила еще час назад, а потом просто водила деревянным скребком по давно уложенному стеклу. Ей нравились и цвет, и форма — все в целом, что сотворило ее воображение из простых кусочков стекла.