«Мы не найдем их сейчас». Уиллоу села, зажав голову руками. «Нет никакой возможности. У нас не остается времени».
Прошло несколько часов. Алекс сидел за столом в школьной столовой, изучая карту вместе с ней и Себом. Фонарь отбрасывал тусклый свет на все места, которые они отмечали. Они не поверили еще даже половины города, и ничего. Вокруг них несколько подавленных групп сидели поглощали еду. Все знали: вскоре они будут сражаться с тысячами ангелов.
Алекс помассировал глаза. «Вы оба, постарайтесь немного поспать», — сказал он. «Атака может начаться в любой момент».
«Должно быть что-то еще, что мы можем…» Себ прервался, когда появилась Рэйчел.
«Себ, ты не мог бы взглянуть на то, как мы разместили последние несколько бомб?»
Лицо Себа лишилось всяких эмоций. Он отодвинул свой стул, не глядя на нее. «Да, хорошо».
Когда он ушел, Уиллоу прочистила горло. «Итак, я опять буду спать с Ниной», — сказала она после паузы.
Это было больно, хотя он должен был ожидать этого. Когда она встала, Алекс тоже встал и коснулся ее руки. «Уиллоу, подожди. Мы должны поговорить».
Ее лицо стало жестким от боли. «Не сейчас», — сказала она, уходя. «Прости, Алекс. Я просто не могу. Эти последние несколько дней, все, о чем я могу думать…»
«О чем?» Спросил он мягко, его рука все еще тянулась к ней.
Она начала что-то говорить, но затем покачала головой. «Нет. Я не собираюсь этого говорить. Я бы сказала только то, о чем потом пожалею».
Она покинула столовую. Алекс хотел пойти за ней, но какой-то инстинкт предупредил его оставить ее в покое. Он опустился, положив лоб себе на кулаки.
Как только он начал замечать, как сильно изменилась Уиллоу, он не смог остановиться. Теперь у нее, похоже, начались головные боли: несколько раз сегодня он видел, как она массирует голову. И ее глаза выглядели такими грустными, и он не думал, что это было только потому, что сейчас тут была напряженная обстановка. Нет, у ее были глаза человека, который действительно не улыбался больше года.
Что я с ней сделал? С горечью подумал он.
«Привет», — Скотт Мейсон в своей футбольной куртке размахивал руками в кресле напротив. Он копался ложкой в банке с тушенкой. «Это все может сравниться со старыми днями УА? Каково это было, когда…»
Алекс встал и вышел. Не обращая внимания на всех, мимо кого он прошел, он толкнул входную дверь школы и пошел, направляясь к стуку молотков. Через десять минут он поднялся на освещенную факелами крышу одного из домов на городской площади. Было облегчением работать, а не думать.
Он поднял глаза, когда появился еще кто-то: Себ, его лицо было мрачным. Не говоря ни слова, он тоже начал заколачивать гвозди.
Когда наступила пауза, Алекс оглянулся. «Знаешь, это не ошибка Рейчел, что она похожа на Меган. Так что хватит срываться на ней».
Себ вставил еще гвоздь на место. «Почему меня должно волновать, на кого она похожа?»
«Просто прекрати извергать свое плохое настроение на нее. И по моему, я сказал тебе поспать».
Себ забивал гвоздь, не отвечая, молотя, как будто ненавидел его. Алекс не стал настаивать. Он и Себ продолжали работать, двигаясь по крыше. Когда они закончили это здание, они перешли к следующему.
Наконец Алекс почувствовал руку на своем плече. Парень по имени Марк прокричал, повысив голос над звуком инструментов: «У вас двоих еще не было перерыва. Ты говорил никаких отговорок, помнишь?»
Алекс поднял усталую руку над глазами. Должно быть уже было три часа ночи. «Да», сказал он наконец. Он бросил взгляд на Себа. «Тебя это тоже касается».
Себ выглядел так, будто он собирался возразить, но не сделал этого. Они ушли молча.
Звуки активности стихли, когда их шаги эхом отозвались по улице. В голове Алекса загорелся вопрос. Он не хотел об этом спрашивать, но он должен был. Он засунул руки в карманы куртки.
«Слушай, я должен узнать — что было с Уиллоу?» Он посмотрел на Себа. «После того, как я ушел. Было ли все так плохо, как я думаю?»
Лицо Себа в лунном свете было темным еще и от его собственных проблем. Наконец он вздохнул. «Хуже», — сказал он коротко.
Алекс сглотнул. «Ты… мог что-нибудь для нее сделать?» Были времена, когда он обижался на Себа и Уиллоу за то, что они были дружны. Теперь он горячо надеялся, что они стали ближе, чем когда-либо.
Себ покачал головой. «Она не давала никому приблизиться. Она занималась своей работой, говорила то, что должна была говорить. Но она была просто… зомби».
Горло Алекса сжалось, когда он это представил. Я все исправлю, сказал он тогда. Возможно, это была самая глупая вещь, которую он когда-либо говорил. Он никогда не смог бы исправить это, даже если бы он всю свою жизнь пытался.