Империя Повелителей: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Глава 1. Болота Подсолнечной.

Рассвет. Бескрайние топи. Узкая протока среди высокого тростника. Человек на плоту изо всех сил гребет кормовым веслом. Его силы на пределе, но он не может остановиться, чтобы отдохнуть. Он чувствует опасность. Каждая клеточка его тела дрожит от ужасного предчувствия. Слева от плота из воды вырываются крупные пузыри и лопаются, распространяя зловоние. Человек понимает, что это означает. Он родился и вырос на болотах и умеет различать выдохи хищного крокотама и безвредной донной свиньи. На человека идет охота, а у него нет никакого оружия, чтобы защититься. Сознание собственной беспомощности еще более усиливает ужас и приводит к панике. Человек лихорадочно дергает рукоять весла вправовлево, но вместо мощных гребков весло бесполезно вспенивает черную болотную воду.

Человек представляет себе, как из глубины протоки на плот глядят холодные глаза болотного хищника. Чудовище медленно плывет под водой, слегка шевеля лапами и хвостом. Оно изучает свою добычу и выжидает благоприятного момента для нападения.

Человек чувствует, что его смерть близка, и от этого его сердце сдавливают ледяные лапы ужаса. Он хочет кричать, выть, стонать от страха, но из его уст не может вырваться даже звука. И почему-то именно это кажется ему самым ужасным.

Наконец, крокотам решается атаковать и устремляется наверх. Его широкий хвост оставляет за собой кипящую пузырьками воздуха дорожку. Крокотам выскакивает на поверхность и когтистыми передними лапами цепляется за край плота. Плот наклоняется, и человек начинает скользить прямо к алчно щелкающим челюстям чудовища. Наконец-то человеку удается издать крик – крик смертельного ужаса. Но помочь это ему уже не может. Клыки крокотама смыкаются поперек его тела… Этот человек – я. Я умираю…

Я проснулся в холодном поту. Была ночь. Только большие смоляные факелы, установленные вдоль высоких бортов баржи, разгоняли мрак. Мое сердце бешено колотилось, норовя вырваться из грудной клетки. Опять этот проклятый жуткий сон! Мне снова приснилось, что меня убивает и пожирает болотное чудовище.

– Эй, парень, чего ты орал? – Послышался голос рулевого с кормы баржи. – Спи давай!

– Извините, я не хотел… – Непослушными губами прошептал я.

– Хорошо, что хозяина не разбудил. – Продолжал бурчать себе под нос рулевой. – Грас Торп быстро научил бы тебя соблюдать тишину ночью и не тревожить нормальных людей. Ты не у себя на острове под защитой вооруженной стражи. Мы плывем посреди зарослей камышовника. Одни только демоны черных бездонных омутов знают, что может оттуда выскочить на твой крик.

– Извините, это все из-за сна. Мне привиделся такой кошмар… – Начал было оправдываться я, но потом вспомнил, что не пристало мне, сыну главы клана настоящего – а не плавучего тростникового – большого острова, таким заискивающим тоном говорить с простым матросом.

Сердце мое почти успокоилось, мысли обрели ясность. Этот сон, в котором я переживал собственную смерть, снился мне не в первый раз. Я уже и не помнил даже, когда история с нападением крокотама привиделась мне впервые. Кажется, тогда я был еще совсем ребенком. А теперь я уже начал привыкать к своему ночному кошмару…

Чтобы окончательно прийти в себя, я стал перебирать в памяти события последних дней, когда жизнь моя резко изменилась: я вынужден был покинуть родной дом и отправиться в путешествие. Может быть, мое детство слишком затянулось? До восемнадцати сезонов дождей я не знал ни забот, ни тревог, вел беспечное и бездумное существование. (Видите, как быстро я поумнел, чтобы делать такие умозаключения?)

Что меня окружало? Шумная компания друзей и подруг, рыбалка, охота, проказы и детские, а иногда и не очень детские – особенно с подругами – шалости. И, конечно, Болота. Бескрайние, на сотни тысяч лиг покрытые густым тростником, на десятки тысяч – мангровыми зарослями, на тысячи лиг – озерами, протоками и омутами. И лишь изредка можно отыскать пол-лиги настоящей тверди. По укоренившейся традиции люди болот предпочитали селиться именно там. Хотя уже несколько поколений мой народ жил на месте залитых водой равнин. На месте древних разрушенных городов, полей, садов.

Ведь Великие Болота появились не просто так. Подсолнечная некогда была довольно развитой планетой, достигшей немалых вершин в создании и использовании мощной сложной техники. Наши предки делали с планетой то, что считали нужным. Наверное, они по-своему были правы. Им казалось, что они улучшают мир, обустраивают его на основе науки и самой совершенной технологии. Люди сровняли горы и холмы, засыпали низины, распахали огромные равнины для того, чтобы прокормить постоянно увеличивающееся население. Но Подсолнечная не стерпела грубого человеческого насилия. Словно тугая пружина, методично сжимаемая в тисках, она вдруг вырвалась, распрямилась, развернулась и нанесла стремительный удар.

Сейчас трудно выделить главную причину всеобщей катастрофы. Кто виноват: атомная энергетика, химические заводы, перепланировка поверхности планеты? Некоторые говорят, что мир между странами был слишком шатким, разрушительного оружия было создано слишком много, и когда какой-то сумасшедший генерал или политик произвел несколько мощных подземных ядерных взрывов, началось нечто вроде цепной реакции. А кое-кто утверждает, что причина была внешняя: то ли Солнечный протуберанец, то ли комета, то ли изменение орбиты Подсолнечной. Как бы то ни было, внезапно всю поверхность планеты начали корежить землетрясения, извержения вулканов, а потом начался Потоп.

Или не внезапно? Или все видели, к чему ведет глобальное потепление климата, но не хотели задумываться о будущем, о своих потомках, о нас? В течение нескольких лет растаяли полярные ледяные шапки, залив водой все рукотворные равнины, все города, все заводы и фабрики, все музеи и библиотеки – короче, все, что было создано цивилизацией, все то немногое, что осталось после землетрясений. Погибло почти девяносто процентов жителей нашей планеты. Потом также внезапно землетрясения прекратились. Словно бы Подсолнечная попыталась стряхнуть с себя жизнь, как блохастый пес стряхивает с себя присосавшихся паразитов.

Но жизнь не угасла. Образовались Великие Болота, полные новых видов растений и животных, быстро приспособившихся к новой среде обитания. Только внутренние горные районы шести континентов, которые не успели срыть и выровнять, возвышались над бескрайним зеленым океаном буйно разросшейся растительности. И остались мы, немногочисленные люди, сознательно отказавшиеся от большинства машин, от мощной техники, от насилия над природой. Оставили мы только самое необходимое, например, генную инженерию, позволившую людям выжить в новых условиях. Да и то, в последнее время необходимость в ней почти отпала. Я вот, например, принадлежу уже к третьему поколению болотников, которому не нужна помощь врача ген-конструктора. Худое жилистое тело, ежик густых волос на голове, замечательные упругие перепонки на руках и ногах – все это досталось мне от родителей по наследству, естественным путем. Так же устойчиво ведут себя гены у других, не таких многочисленных, как болотники, рас: лесовиков, горцев и горожан. Жители Подсолнечной уже привыкли к новому облику планеты, привыкли к своей новой жизни, но тридцать семь сезонов дождей назад к нам явились пришельцы из другого мира, людиПовелители, как они себя называли.

Весть об этом пришла к острову, где жил мой клан, очень быстро. Ведь мы по праву считаемся одной из самых многочисленных и влиятельных общин в зоне умеренного климата. То, что мы не одиноки во Вселенной, ученые предполагали еще до Потопа. Так что на Подсолнечной появление пришельцев не вызвало особого шока. В конце концов, люди, в чьей памяти свежи воспоминания о катаклизме, буквально смывшем предыдущую цивилизацию, ничему уже особо не удивляются. Поэтому те знания, что принесли Повелители, были восприняты совершенно спокойно, как интересная, но мало полезная в реальной жизни информация.

А рассказывали Повелители о многом: о Древних Богах, сотворивших некогда весь мир; о множестве Измерений, каждое из которых есть Вселенная, подобная нашей – со множеством галактик, звезд и планет, некоторые из которых населены разумной жизнью; о Эре благоденствия, когда все разумные существа – смертные и бессмертные – жили в мире и согласии, вместе строя и улучшая Измерения и Вселенные, когда обитаемые миры были соединены Порталами Прямого Перехода через космическую бездну; о ссоре между Богами и о Великой Битве, в ходе которой в яростной схватке погибли Древние Боги-создатели и большинство разумных существ, сражавшихся друг с другом; о наступившем после хаосе и деградации разума, лишенного Божественной мудрости; о мирах с разумной жизнью – не обязательно человеческой и гуманоидной – которые оказались разобщены пространством и ненавистью.

Себя же Повелители называли продолжателями дела Великих Первых Богов, несущих людям древние знания и умения. Повелители внешне не отличались от людей, но имели такие машины, которыми не обладали наши предки даже до Потопа. Их космические корабли позволяли перемещаться в межпространстве с невероятной скоростью, а воссозданные Порталы Прямого Перехода (ППП) открывали доступ в другие Измерения. Так они нашли и нашу Подсолнечную. Теперь возле одного из наших новых городов – Муравейника – Повелители построили ППП, связавший нашу планету с другими планетами, входящими в Сеть Повелителей. Любой житель Подсолнечной мог отправиться в путешествие по другим мирам, а к нам стали прибывать гости с иных планет. Правда, наша залитая водой бедная планета мало кого интересовала, да и у нас желающих пуститься в странствия нашлось немного. Подсолнечная была одним из самых далеких уголков Сети, и всех ее жителей это положение вполне устраивало…

Наверное я задремал, убаюканный своими мыслями, потому что вначале принял крики часового за сон. Но топот выскакивающих на палубу людей и их возбужденные возгласы быстро вернули меня к реальности.

– Подъем! Тревога! – Надрывался матрос-наблюдатель, дежуривший на высокой башне посередине баржи. – К оружию!

Я не привык спать в душной тесной каюте, которая полагалась мне, как пассажиру баржи, и предпочитал проводить ночь на верхней палубе, под открытым небом. Куртка с капюшоном и штаны из шкуры гигантской змеи-анакванды прекрасно защищали от холода и ночной сырости. Копье с наконечником из острозаточеного рога ската-ползуна, которое с трудом помещалось в каюте, здесь, на палубе, казалось вполне уместным и придавало уверенности. Да не один болотник старше трех сезонов дождей не смог бы заснуть среди Болота, пусть даже и на барже, не чувствуя под рукой надежного оружия. Сейчас же было похоже, что копьем мне скоро придется воспользоваться.

На большой двухпалубной барже находилось не менее полутора десятков матросов, и сейчас все они приготовились защищать свои жизни и жизни пассажиров, быстро заняв свои места вдоль бортов и сжимая в руках факелы и длинные копья с зазубренными стальными наконечниками. Гребцы на нижней палубе втянули внутрь весла и закрыли уключины ставнями. Мы же, путешественники и купцы, готовы были сражаться, образовав вокруг надстроек на палубе вторую линию обороны. Правда, пока еще было неясно, кто на нас напал и что нам угрожает.

Тем временем Грас Торп, одним из первых появившийся на палубе, вскарабкался на смотровую вышку и направил свет прожектора назад, осветив черную воду. Оказалось, что я проспал довольно долго, мы уже выбрались из зарослей камышовника и плыли сейчас по широкой протоке, может быть даже по самой Торной Дороге, которая начиналась в порту Муравейника и проходила через все Болото до открытого океана.

– Это Торная Дорога? – Тихо спросил я своего соседа, пожилого бородатого купца-болотника, который вез в Муравейник шкуры анакванд. Мы познакомились еще позавчера. Его звали Толд из клана Змееловов.

– Да. Тс-с-с! – Прижал он к губам палец. – Слушай.

Только тут я понял, что все люди вокруг меня, затаив дыхание, вслушиваются в звуки Болота, стараясь определить, откуда исходит опасность. И еще я понял, что само Болото затихло. Не слышно было ни криков ночных птиц, ни стрекотания насекомых, ни вздохов водяных свиней в густых зарослях. Надвигалось нечто, что заставило стихнуть даже ветер.

– Там, сзади, – вполголоса сообщил дежуривший на вышке матрос, – я слышал какой-то мощный плеск. Это что-то очень большое.

Луч прожектора методично обшаривал черную поверхность воды, высвечивая небольшие островки ряски, обломки деревьев и плавучие растения. Грас Торп не напрасно считался одним из самых лучших купцовболотников. Его баржа походила на маленькую плавучую крепость, постоянно готовую к обороне. Пожалуй, я мог бы назвать лишь трех-четырех известных мне хищных животных Болота, которые были в силах бы разломать баржу, сделанную из стволов пустотелого, очень прочного и легкого, высушенного бамбака. Правда, все они водились дальше к югу, и едва ли стали бы охотиться на широкой и глубокой Торной Дороге. Но, наверное, моряки Граса Торпа встречались и с другими порождениями Потопа, слишком уж напряжены они были сейчас.