Летопись Аляски: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

В 1904 году о Беринговом проливе писал Д. Менделеев: «...путь через полюс в Берингов пролив представляется не только кратчайшим, но для нас и более во всех отношениях удобным, так как мы можем проникнуть туда не только с Белого моря и Мурманского побережья, но и из других наших берегов...» Он предрекал будущие морские плавания с Мурмана до пролива Беринга вдоль северного побережья России.

...Тридцатитрехлетний человек в одежде северного охотника идет по берегу полярной реки Гершель, потом поднимается на горный хребет близ границы Канады и Аляски.

Осень 1905 года... 7 ноября путник видит следы бродячих индейцев, а через десять дней встречает индейца Старого Томаса, свободно разговаривающего на английском и французском языках. Потом путник приходит в форт Юкон, где живет американский купец Джек Карр, где есть школа, духовная миссия и тридцать хижин поселенцев. В трехстах километрах от форта Юкон лежит золотой город Даусон с его единственной длинной улицей; к югу от форта Юкон находится Игл-Сити.

Человек в меховой одежде посещает и маленький городок Циркль-Сити, известный лишь кабаками и залами для танцев. В форте Эгберт звучит труба горниста, там стоят две роты 3-го пехотного полка. Путник записывает в свой дневник все то, что он видит в юконской стране. Телеграфист в форте Эгберт принимает от странника в меховой одежде несколько депеш, подписанных: «Руал Амундсен». В телеграммах говорится, что Амундсен на корабле «Йоа» 26 августа 1905 года прошел Северо-западным проходом, но «Йоа» пришлось снова зимовать у острова Гершеля. Там собралось несколько кораблей.

Два месяца пробыл Амундсен в Игл-Сити. В это свое путешествие он встречал немало отважных людей Юкона. Он упоминает о Даниеле Кадцове (Даниле Котцове?), которого он видел в Рампарт-Хаузе. Вероятно, это русский или русский креол Аляски со старинной архангельской фамилией.

Только в августе 1906 года кораблик «Йоа» обогнул мыс Барроу. Здесь люди «Йоа» встретили Эйнара Миккельсена, героя Гренландии. Он изучал загадочную область моря Бофора к северу от Аляски и устья реки Макензи. Там предполагалась неизвестная земля. Миккельсен не обнаружил ее, пройдя двести километров на север по морскому льду. Он лишь установил край подножья континента Америки. Тогда ученые думали, что если к северу от Аляски лежат еще какие-то земли, то они похожи своим геологическим строением на страну золота. С этой целью Гаррисон ходил на Землю Бэнкса, а капитан Бернье исследовал архипелаг Перри и подготовлял его присоединение к Канаде. С кораблика Амундсена были видны мыс Принца Уэльского, оба острова Диомида – русский и американский. «Йоа» подошел к Ному. В октябре Амундсен подарил «Йоа» городу Сан-Франциско, и славный кораблик был установлен в Парке Золотых Ворот.

В ту пору по Сан-Франциско расхаживали странные на взгляд американцев люди, которых жители Америки могли ранее видеть лишь на картинках. Они носили шапки из курчавого меха, пояса с серебряным набором, на которых висели длинные кинжалы и пистолеты. Эти рослые люди с гортанной речью пришли в Новый Свет из долин Кавказа. Переселенцы-осетины бродили по золотым ущельям Аляски в горах за Юконом, селились на берегах фиордов, например, в Джуно и в его окрестностях. В числе таких кавказцев был в 1906-1912 годах на Юконе осетин Хаджи-Мурат Дзарахохов, будущий знаменитый партизан архангельского Севера периода гражданской войны. Тогда пригодились его знания приполярных областей и английского языка.

В 1908-1910 годах русский ученый Вл. Иохельсон исследовал быт алеутов; в это же время и позднее индейцев и эскимосов изучал Ф. Боас, директор Естественноисторического музея в Нью-Йорке, один из самых выдающихся этнографов нашего времени. Русская путешественница А. Г. Чечотт в 1914 году собирала образцы растений на берегах Юкона и в окрестностях Нома.

Шли годы. От берегов Аляскинского залива на север – через Фэрбенкс – на Юкон пролегла автомобильно-тракторная дорога. Длина ее была 863 километра, автомобиль мог идти по ней со скоростью шестидесяти пяти километров в час.

Амундсену пришлось снова брести по снегу и льду в тех просторах Аляски, где еще не было новых, удобных путей. К берегам севера Нового Света великий норвежец приплыл в 1920 году на корабле «Мод» после долгого похода вдоль сибирских берегов. На борту «Мод», кроме Амундсена, было только три человека: Свердруп, Вистинг и русский – Геннадий Олонкин. В Номе, на Аляске, они провели лишь месяц и в августе отправились на север. Но кораблик не мог пробиться во льдах далее острова Врангеля. Амундсен появился на Аляске снова в 1922 году, когда он привез с собой самолет «юнкерс». На карте Аляски стоял заветный кружок. Мыс Барроу... Оттуда хотел Амундсен проплыть на серебряных крыльях через полюс. Судьба и на этот раз решила иначе. Снова Амундсен шел по глубокому снегу от мыса Барроу до залива Коцебу, Дирлинга и Нома. С ним был лишь местный житель – почтальон. Эти два человека прошли 1600 километров по еще диким областям Аляски. В Номе у Амундсена были друзья – братья Ломен, которые, как он говорил, горячо любили свою страну и содействовали ее развитию. В номском «блокгаузе для гостей» Амундсен проводил время в долгих беседах о будущем золотой страны.

Представление о богатствах Аляски тех лет можно было получить по цифрам, которые приводились в печати. В недрах страны в 1923 году было добыто золота на 6 510 800 долларов; стоимость улова рыбы в то же время составила 34 720 793 доллара. Было добыто много угля, серебра, меди, нефти, свинца, гипса и мрамора. Лесная площадь Аляски составляла 8,3 миллиона гектаров. Но Аляске не хватало железных и колесных дорог, хотя между Сьюардом и Фэрбенксом уже ходили поезда. Аляске не хватало крыльев. В то время появились первые полярные орлы – авиаторы Б. Эйельсон, Мак-Меллон, Омдаль, Уайли Пост, который, кажется, был индейцем по рождению. В Номе было известно, что Мак-Меллон уже задался целью отыскать с воздуха неизвестные земли к северу от Аляски и присоединить их к Соединенным Штатам. Воздухоплаватель Вальтер Брунс обнародовал в Европе свое предложение установить воздушную линию Амстердам – Копенгаген – Петроград – Архангельск – Ледовитый океан – Ном-на-Аляске – Унимак (Алеутские острова). От Унимака воздушные ветви протянутся в Сан-Франциско и Иокогаму. По этому огромному воздушному пути должны были летать большие дирижабли.

Амундсен еще стряхивал снег со своих меховых сапог в Номе, когда полковник Бен Эйельсон перевез по воздуху первую почту из Фэрбенкса в Мак-Грац. Триста миль пролетел он над Аляской; первый полет занял около трех часов. Считается, что с этого времени началось постоянное воздушное сообщение в стране снегов. Бен Эйельсон с авиатором Ионгом первыми прилетели на Аляску, они считаются родоначальниками крылатого племени Большой Земли...

Шла борьба за воздушные пути над Новым Светом. С аэродрома в Калифорнии в 1924 году поднялись четыре самолета. Они направлялись в полет вокруг света. А дирижабль «Шенандоа» – первый воздушный кит Америки, рожденный на ее верфях, проплыл от восточного до западного побережья материка. В том же году были вычерчены карты следующего полета дирижабля. На них были обозначены Сан-Диего и другие города Калифорнии, Пэджет-Саунд, Ном, северные берега Аляски. Адмирал Моффет был назначен начальником экспедиции на «Шенандоа», ему поручалось искать новые земли между Аляской и Северным полюсом. Но полет не состоялся, «Шенандоа» вскоре погиб.

В век аэропланов, радио, телеграфа и дирижаблей продолжались подвиги и приключения отважных исследователей Севера. Кнуд Рассмусен бредет по сугробам Аляски с поднятыми вверх руками. Из засады вылетает индейская стрела. Рассмусен слышит ее свист и идет прямо к тому месту, где засел аляскинский охотник. Пристыженный индеец опускает свой лук, и бесстрашный путешественник спокойно продолжает свой путь. Так было в 1924 году, когда Кнуд Рассмусен шел с берегов полярной Америки на запад через Аляску. Его сопровождали эскимос Митек и женщина Арнаулунгуак. Им удалось пройти вдоль всего Северо-западного прохода. Потом Рассмусена видели на берегу Берингова пролива, откуда он переправился на материк Азии.

12 мая 1926 года, в 1 час 30 минут, Руал Амундсен увидел Северный полюс. На вторые сутки показался мыс Барроу, а 14 мая, утром, обитатели аляскинского городка Теллор с восторгом встречали великого победителя полярных стран. Теперь Руал Амундсен хорошо знал, что между Северным полюсом и Аляской нет никакого материка. На аэродроме Фэрбенкса вздымалась алмазная снежная пыль, ревел мотор самолета, и капитан Губерт Вилкинс в десятый раз покидал город, чтобы спуститься на снежное поле близ мыса Барроу, у края аляскинской земли, между Фэрбенксом и берегом Ледовитого океана.

В марте 1927 года Вилкинс вместе с Беном Эйельсоном летал с мыса Барроу на северо-запад. Они были вынуждены сесть на лед где-то восточнее острова Врангеля. Там они измерили океанскую пучину и получили самую большую глубину – 5440 метров. В конце своего путешествия, после многих приключений, авиаторам пришлось идти пешком по Аляске.

Спустя год на Аляске существовало уже три авиационные компании – одна в Анкоридже, на юге, и две в Фэрбенксе. Когда в реках страны начинался ход лосося, аляскинские летчики делали воздушную разведку косяков рыб. Была также введена аэрофотосъемка дремучих лесов Аляски. В окрестностях Джуно, всего в двадцати милях от города, было открыто с аэроплана большое озеро, которое, как оказалось, могло дать полезной энергии на 25 тысяч лошадиных сил. Мыс Барроу не зря так привлекал внимание Губерта Вилкинса и Бена Эйельсона. В апреле 1928 года они перелетели оттуда на Шпицберген.

А через год сибирская метель заносила снегом тела Эйельсона и бортмеханика Борланда. Незадолго до своей гибели Эйельсон еще лелеял мечту совершить беспосадочный полет с Аляски на свою родину – Норвегию – через Сибирь и Архангельск. Бедствие корабля «Ставрополь» и шхуны «Нанук», затертых льдами близ мыса Северного, как никогда, сблизило полярных летчиков СССР и Аляски. Слепнев, Фарих и Голышев встречали здесь одного за другим крылатых гостей из Нового Света. Первым на мыс Северный прилетел Дорбанд, за ним на землю Сибири опустились Бен Эйельсон и Борланд. Вскоре они снова полетели на Аляску и сделали посадку в Номе. После второго вылета к берегам Сибири Эйельсон и Борланд исчезли. Русские и аляскинские пилоты нашли тела погибших.

21 сентября 1929 года из Петропавловска-на-Камчатке вылетел С. А. Шестаков. Болотов, Фуфаев, Стерлегов находились вместе с ним на борту самолета «Страна Советов».

Через три часа полета от Командорских островов справа от курса аэроплана показался остров Атту, окруженный белой пеной прибоя, с его горами и водопадами, низвергающимися с высот прямо в море. Шестаков сделал посадку в бухте Чичагова. На берегу летчиков встретили жители острова во главе с начальником Атту – креолом или алеутом Михаилом Худяковым. Он говорил по-русски. Оказалось, что он служит приказчиком в островной лавке и одновременно является начальником Атту. Так советские люди достигли пределов Нового Света, пролетая над старыми морскими дорогами Шелихова и Баранова.

Американцы помогали перелету Шестакова. Майор Бой, начальник Тихоокеанского бюро погоды, передавал из Сан-Франциско радиосводки для русского пилота; стучали ключами телеграфисты мощной станции Сен-Пол на Прибыловых островах. Они пророчили приход тайфуна с юга. «Страна Советов» пробивалась сквозь ураган к острову Аналяска (Уналашка), область тайфуна была благополучно пройдена. Аэроплан кружился над дикими гранитами Уналашки, над вулканом Макушина, отыскивая гавань Детч-Харбор.

В то время гавань еще не была превращена в мощную базу для военных кораблей Соединенных Штатов. Лишь огромные парусники, груженные сельдью, да пароходы из Нома находили себе приют в глубине залива.

Для встречи Шестакова сюда пришли небольшие военные корабли под звездным флагом – «Чилен» и «Гайда». Долго советским летчикам разглядывать Детч-Харбор не пришлось: весь поселок состоял из восьми домиков, лавки и почтового отделения.

Когда «Страна Советов» проходила над островом Кадьяк, остров сначала был скрыт туманом. Самолет шел над самой водой, и волны широкого залива Шелихова едва не задевали поплавков.

Когда-то во времена Баранова на Кенайском полуострове между Кенайским и Чугачским заливами стояли две русские крепости. Теперь на высоком берегу Кенайского полуострова, почти у входа в туманный Чугачский залив, раскинулся американский город Сьюард. К северу от него светились громады материковых вершин. Шестаков пошел на посадку. На берегу его окружили русские, наперебой предлагавшие пилоту свою помощь. С. А. Шестаков записал в своем дневнике о том, что один из этих русских совершенно бескорыстно помогал экипажу «Страны Советов»: ездил в город, хлопотал насчет починки пропеллера и даже отложил поездку в Джуно. Он обиделся, когда его спросили, сколько надо заплатить ему за все труды. Сьюард оказался маленьким городком у подножья снеговых гор. Но в нем были коммерческая палата, гостиница и станция железной дороги Сьюард – Фэрбенкс.

Из бухты Сьюарда командир «Страны Советов», пролетев мимо гор Три Брата, взял курс на Ситку. Летели над океаном, далеко от берегов. И в это-то время сдал левый мотор. На одном моторе дошел аэроплан до самого Якутата. Несмотря на всю опасность положения, летчики любовались льдами, голубыми глетчерами, сползающими в океан. Как ледяные маяки, возникали одна за другой огромные вершины береговых гор. Наконец показался остров Баранова, и жители Ситки, бывшего Новоархангельска, на катерах и шлюпках ринулись навстречу самолету, который шел на посадку в Ситкинском заливе. Скоро о прилете Шестакова узнали в Джуно, и старые поселенцы осетины прибыли в Ситку на пароходе, чтобы увидеть отважных авиаторов. Осетины во всем горячо помогали русским. Переводчиком у Шестакова первое время был А. П. Кашеваров, куратор Аляскинского исторического музея. Он, как правило, всегда встречал русских гостей Аляски. В доме А. П. Кашеварова в Джуно была библиотека книг по истории жизни русских людей в Новом Свете. У него были и собственные печатные работы о прошлом Аляски. Мэр города Ситки дал обед в честь пилотов. На этом обеде бородатый ситкинский дьякон провозглашал тост в честь Советской страны. Самолет «Страна Советов» закончил свой перелет, опустившись на озеро близ самого Сиэтла.

Маврикий Слепнев вместе с американцами сопровождал на Аляску тела погибших пилотов Бена Эйельсона и Борланда. В Руби на Юконе, где летчики ночевали в гостинице при почте, к ним в гости пришли индейцы и потомки русских. Здесь звучала русская речь. Русские юконцы расспрашивали Слепнева о жизни Советской страны.

Город Фэрбенкс стоит между излучиной Юкона и рекой Танана. Рубчатые серебряные крылья самолета Слепнева распростерлись над золотым городом. Бейн Эйельсон возвратился в Фэрбенкс... Город встретил полярного героя приспущенными звездными флагами. Маврикий Слепнев вручил отцу Эйельсона и жене Борланда штурвал самолета, на котором погибли летчики Аляски...

В записках М. Слепнева и Л. Хвата не раз упоминается Джек Лондон. В те годы в Фэрбенксе, в домике на 1-й авеню, жил Элем Харниш, по прозванию Пламенный. Он охотно рассказывал русским путешественникам о том, как он первым прошел на Клондайк через перевал Чилькат. Джек Лондон запомнил привычку Харниша будить спящих золотоискателей веселым возгласом «День пламенеет». В наши годы Пламенный вспоминал об огненных зорях Юкона, трудясь над разведением капусты на своем огороде.

В Фэрбенксе жили люди, которые, кроме газеты «Фэрбенкс Дейли Ньюс Майнер», читали «Правду» и журнал «Крокодил». Московские газеты приходили в юконский край на двадцать пятый день.