Обратный от­с­чет: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Накрытый простыней, он еще раз быстро шагнул в сторону, развернулся и выбросил вперед руки. Его пальцы сомкнулись, ухватив кого-то за рубашку на груди. Шейн сильно толкнул своего противника, припечатав его к стене, рванулся за ним и попытался ударить головой. У него сложилось впечатление, что нападавший ловок и очень силен.

Шейн был сильно стеснен в движениях. Простыня оказалась очень большой и покрывала его целиком. Он знал, что в таких случаях самое главное – постоянно двигаться. Он снова отступил назад, используя своего противника в качестве точки опоры, затем двинулся вперед. Его тело раскачивалось, как маятник, затрудняя возможность нанести решающий удар. На этот раз его рука схватилась за предплечье нападавшего и быстро скользнула к горлу.

Миновала еще секунда; Шейн давил изо всех сил. Неожиданно он услышал чье-то хриплое дыхание у себя за спиной, и в ту же секунду его череп словно взорвался.

На некоторое время Шейн потерял сознание, но удержался на ногах, по-прежнему сжимая горло первого противника обеими руками и раскачиваясь из стороны в сторону. Человек, которого он душил, попытался лягнуть его ногой в живот. Шейн уловил начало движения, опустил правую руку и схватил человека за ногу, опрокидывая его на пол. Одновременно с этим приемом он потянул противника в том направлении, где, по его расчетам, должен был находиться второй. Ему это удалось, но он потерял равновесие и выпустил горло нападавшего. Падая на пол, он решил, что пора звать на помощь, и громко закричал.

Шейн упал на одно колено и тут же перекатился набок. Почувствовав под собой чье-то тело, он ударил кулаком вниз и услышал хруст. Он бешено барахтался под простыней, но, судя по всему, это были несколько простынь, сшитых вместе.

И тут Шейн вспомнил, что у него есть оружие: швейцарский нож с выпрыгивающим лезвием и с набором отмычек в полой рукоятке. Он вытащил нож и нажал на кнопку. Лезвие выскочило наружу.

Он сделал вид, что собирается откинуться влево, но рванулся назад к стене, чтобы обезопасить себя со спины. Почувствовав твердую поверхность, он взмахнул ножом. Лезвие прорезало простыню и на излете вонзилось во что-то мягкое. Шейн разорвал простыню и увидел надвигающуюся на него руку с дубинкой, похожей на полицейскую. Он ударил наугад и промахнулся. Затем кто-то, стоявший сбоку, еще раз сильно ударил его по голове. Шейн уже ничего не мог поделать.

Перед тем, как над ним сомкнулась темнота, он успел услышать звук открывающейся двери.

Сознание вернулось к Шейну разом, и он рванулся вперед. Простыня затрещала, освободив его голову и плечи. Он увидел полного мужчину в пижаме и пожилую женщину в халате и с бигуди в волосах. Вид у обоих был недоумевающий и раздраженный.

– Какого черта вы здесь делаете? – спросил мужчина.– Что за крики ночью?

Шейн медленно помотал головой. Он все еще сжимал в руке нож, скрытый под складками простыни. Убрав лезвие, он положил нож в задний карман брюк. В коридоре открылись еще две двери, изнутри выглядывали озабоченные лица.

Шейн сел и освободился от остатков простыни. Оглянувшись вокруг, нет ли крови, он увидел на стене два красных пятнышка.

– Что вы сказали? – спросил он, ощупав лицо.– Я кричал?

– Вопили, как резаный,– холодно сказал толстяк.– Всех перебудили, посмотрите.

Шейн приложил руку к мучительно ноющему затылку и содрогнулся от боли в плече.

– Должно быть, я ударился головой об стену,– сказал он.– Извините, ради всего святого. Наверное, я уснул на ходу. Последняя выпивка явно была лишней. Простыня… ничего не пойму. Не помню, как я оказался в коридоре; мне казалось, я с кем-то боролся. Вы никого не видели? Понимаете, это выглядело так похоже на правду…

Он переводил взгляд от одного лица к другому. Большинство смотрело на него с неприязнью и подозрением, некоторые сочувственно.

– Вам надо всерьез заняться своей психикой! – взорвался толстяк.– Таким, как вы, не место на теплоходе. Вам нужна сиделка! Я скажу больше…

– Джаспер, пошли спать,– вмешалась его жена.– Он сейчас тоже пойдет спать. Успокойся.

– Мне очень жаль,– медленно сказал Шейн.– Я готов закрыться в каюте и потерять ключ.

– И бросить пить,– добавил толстяк.– Я все же думаю, что надо бы сообщить…

Жена втолкнула его в каюту и закрыла дверь. Другие двери тоже начали закрываться. Кроме Шейна, в коридоре осталась лишь одна женщина, та самая, которая сочувственно глядела на него.

– У вас будет ужасный синяк,– сказала она.– Если зайдете на минуту ко мне, я сделаю вам холодный компресс.

– Спасибо, но моя жена, наверное, уже ищет меня.

– Ох, извините,– женщина отступила в сторону.– Что ж, приятных сновидений.

Дверь захлопнулась. Оставшись один, Шейн внимательно рассмотрел покрывало. Как он и ожидал, это оказались две простыни, сшитые на машинке вдоль длинного края. Шейн нахмурился. Бумажник лежал у него в кармане, деньги остались нетронутыми. Он выиграл в покер около четырехсот долларов, но коридор жилой палубы роскошного лайнера – не очень подходящее место для мелких грабителей. Рука, которую он видел мельком через разорванную простыню, показалась ему знакомой… не кольцо ли? Да, на пальце было кольцо – возможно, такое же, как у Джерри Даймонда. Но Даймонд был вне подозрений. Они расстались друзьями. Зачем театральному агенту набрасывать на Шейна простыню и бить его по голове дубинкой?

Шейн был уверен, что впервые в жизни встретил Даймонда сегодня в баре.

Шейн скомкал простыню и засунул ее в ближайшую корзину для белья. От полученных ударов голова его странным образом прояснилась, и он без труда добрался до своей каюты. Открыв замок, он выждал несколько секунд: получить по голове дубинкой дважды за один вечер было бы уже слишком. Там было очень темно. Шейн щелкнул выключателем, но верхний свет не зажегся. Он быстро отступил назад и достал нож. Изнутри не доносилось ни звука. Шейн распахнул дверь настежь, одним прыжком подскочил к столу и включил настольную лампу. Свет снова не зажегся.

Двигаясь вдоль стены с ножом в вытянутой руке, Шейн подошел к ванной и нажал на кнопку выключателя. На этот раз лампочка зажглась.

Он резко обернулся, подошел к своей койке и сдернул покрывало. Анна Бладен лежала, заложив руки за голову, и глядела на него.