Игнат сидел неподвижно, его руки вцепились в руль, костяшки побелели.
— Не могу отпустить, — проговорил он.
Через несколько мгновений руки все же внезапно разжались, он отнял их от руля, распахнутые глаза глядели на них, словно видели в первый раз. Оксана кинулась к нему, схватила эти сведенные судорогой руки, начала целовать.
— Игнатичек! Милый! Живой! Ты вернулся! Мы чуть не пропали! — шептала она.
— Я видел, — проговорил Игнат. Его онемевшие руки оживали, он чувствовал тысячи иголочек, колющих ладони. — Я не знал, как вам помочь, потом увидел братка с джипом... Вы скрылись в парке, уводя толпу за собой. А я ссадил его и погнал к вам... Как видите, вовремя... иначе бы я вам не помог...
Рядом что-то жалобно квакнул Жабик. Его зажало между дверью и сиденьем, но всю дорогу он стоически молчал.
— Нужно быстрее бежать, — сказал Игнат, освобождая его. — Весь город против нас!
— Ты узнал, что хотел? — спросила Оксана.
— Да! Настя рассказала мне, куда удалился Егор. Нам нужен горный монастырь...
— Сначала нам нужно спасти свои шкуры, — подал голос Жабик.
— Эта машина уже не годится. — Игнат с сожалением взглянул на джип. — Пробили колеса.
Джип стоял покосившись. Два левых колеса потеряли резину, бампер был покорежен и забрызган кровью. Оксана увидела окровавленные лоскутки то ли одежды, то ли кожи. Ее передернуло, желудок прыгнул к горлу, она поспешно отвернулась.
— Идем отсюда, — сказал Игнат.
И они растворились в лесу.
— Их было так много! И все хотели нашей смерти! — Голос Оксаны дрожал и прерывался. Беснующаяся толпа и езда на джипе притупили чувства, но она ощущала, как страх и безысходность темными тенями возвращаются в ее душу.
— Это массовое помешательство, — сказал Игнат. Широким шагом он пробирался по лесу, его крепкие руки обнимали Оксану, помогали ей не отстать. Позади семенил Жабик.
— Их нельзя было остановить, кроме как смертью! Нельзя!..
Его голос дрогнул. Оксана поняла, что он все еще переживает случившееся. Сколько людей погибло в той толпе? Десятки, сотни? Но сейчас об этом думать не время. Жертвы еще вернутся к Игнату в будущем, они будут приходить во снах, будут тянуть скрюченные пальцы, чтобы забрать его с собой. Но это будет потом. Сейчас нужно выбраться самому и спасти Оксану с Жабиком.
— Неужели Рост — это такое помешательство? Они не были людьми! Это толпа зверей!
— Я не замечал раньше...
— Это их выбор! — тихо сказал Жабик.
— Но ведь Властелин кинул Зов. Они не могли противиться!
— Это их выбор! Ты смог! — В такие минуты Жабик не походил на ребенка. Он больше был похож на умудренного жизнью старика.
— Ты мне помог! Я почувствовал твою помощь! — сказал Игнат.
— Нет! Жабик тут ни при чем! Ты все сделал сам!
Вдруг ледяная игла вонзилась в переносицу Игната, вторая игла насквозь пронзила Оксану. Игнат ощутил такое впервые. Сейчас он чувствовал не только за себя, но и за Оксану. Удивляться чуду было некогда. Рост предупреждал об опасности. Когда ледяные иглы пронзают тело, для действия остаются считаные секунды. Игнат резко рванулся в сторону, уводя из опасной зоны Оксану. Игла пронзила его спину, но большего сделать он уже не успел. Мелькнула мысль: “Только бы моего тела хватило, чтобы остановить опасность!”
Спину пронзила острая боль. Что-то твердо врезалось в него, едва не раздробив лопатку. Игнат вскрикнул от боли. Оксана испуганно сжалась у него в руках. Прикрывая ее собой, он толкнул ее к дереву и усадил за надежный ствол.
— Будь здесь! Не высовывайся! — крикнул он.
Сам тут же выпрямился, взглядом обшаривая пространство вокруг. Шагах в двадцати от них между деревьями стояли люди. Игнату они показались смутно знакомыми.
Старая, поношенная до лохмотьев одежда, нечесаные космы. Они держали в руках камни и замахивались для следующего залпа. С десяток камней сорвалось с их рук, но теперь Игнат мог действовать. Несколько ледяных игл пронзили тело, он без труда сместился в сторону. Просвистело, рядом с ухом пронеслось что-то тяжелое, позади раздался глухой удар. Камень вонзился в дерево, за которым пряталась Оксана. Ствол дрогнул, с дерева посыпалась труха.