— А ты чего раскомандовался?! — шагнул тот внутрь.
— Я не командую! — примирительно поднял руки Игнат. — Просто вы тронули мою девушку. Она тоже с нами! Просто еще только начинает!
Он шагнул к Алле и положил руку ей на плечо. Сразу же почувствовал, как напряжены ее мышцы. Алла дрожала под его рукой, и он чувствовал, что дрожит она не от страха.
“Молчи! — отправил он ей мыслекоманду. — Молчи!” Он видел, как Алла раскрыла рот, чтобы сказать что-то гневное. Он сжал ее плечо, одновременно выкрикнул:
— А ты заткнись! Не видишь, что эти уважаемые люди из секты!
— Сам заткнись! Они же нашу газ...
Игнат сгреб Аллу в охапку и накрыл ее губы поцелуем. Алла ударила его кулачками, ногтями впилась в щеку, но он держал ее изо всех сил. “Молчи! Это для тебя! Молчи!” — кричал он ей мысленно. Постепенно ее сопротивление стихало. Зато парней в камуфляже его поступок привел в восторг. Они заорали что-то одобрительное.
Игнат боялся оторваться от горячих губ Аллы. Казалось, чем дольше целует ее, тем больше в ней копится горячего и злого. И стоит лишь отпустить ее — все это выплеснется бешеной волной. Но отпустить все же пришлось.
— Не могу держать себя в руках! — крикнул он. Потом схватил еще не опомнившуюся Аллу и вытащил в коридор. Парни недоуменно глядели им вслед.
— Ты с ними! Ненавижу! — прошипела Алла.
— Тише! — шикнул на нее Игнат. — Потом будешь презирать! Сейчас нужно выбираться!
Он потащил ее по коридору. Когда они проходили мимо кабинета Черемушкина, дверь внезапно распахнулась. Игнат едва успел отскочить в сторону. Внутри царил полный разгром, на столе лежал человек, над ним склонились люди в серой форме. Игнат окаменел. Он услышал предсмертный хрип, смачное хаканье и удары. Ноги лежащего на столе дергались, скребли стол, но люди в серой форме крепко держали его.
Выходивший человек резко захлопнул дверь, виновато улыбнулся Игнату:
— Извините! — и зашагал дальше по коридору, насвистывая незамысловатую мелодию.
Игнат ошалело поглядел ему вслед. Над парнем весело искрился Знак. Алла замерла рядом. Игнат ощутил, что в ее голове никак не уложатся эти две картины: страшное избиение и этот приветливый, невозмутимый человек.
— Они убивают там Владимира Михайловича! — наконец прошептала она.
— Идем! — дернул ее Игнат.
— Они убивает его! — уже громче сказала Алла.
— Идем скорей! — прошипел Игнат и потащил ее за собой. Она послушно шагнула за ним, все еще находясь в шоке. Лицо отсутствующее, но губы упрямо твердят:
— Убивают! Мы должны помочь!
— Нет! Мы поможем только себе! Ему мы уже не поможем! — упрямо сказал Игнат и потащил ее дальше.
Вот уже поворот, он скроет их от глаз сектантов. Еще пара шагов — и будет лестница.
— Нет! Оставь меня! Ты предатель! Ты!.. — Она вырвалась из его рук.
Он осторожно ступил в сторону, встал так, чтобы закрыть ей путь обратно. Но она никуда не .побежала. Алла закрыла лицо руками и, прислонившись к стене, сползла на пол. Плечики ее содрогались, из-под ладошек доносились рыдания.
Игнат почувствовал, что слабеет. Он ничего не мог сказать в свое оправдание. Ноги его подкосились, он тяжело опустился рядом с Аллой. Так они и сидели. Всхлипывающая Алла и Игнат с мрачным лицом. А из закрытой комнаты Черемушкина больше не доносились звуки ударов. Игнат помимо своей воли усилил слух, он не хотел этого, но, казалось, слух сам собой усилился.
— Хватит с ним! — Раздался шум борьбы, словно несколько тяжелых тел навалились на одного. И хрип! Страшный предсмертный хрип задыхающегося человека!
Игнат содрогнулся и зажал уши:
— Нет! Это не я! Я не виноват! Я не виноват!
Вдруг что-то коснулось лица. Игнат вздрогнул, словно очнулся. Он понял, что сидит на полу и бормочет эти самые слова. На него глядели зеленые, заплаканные глаза Аллы. Прохладная рука коснулась его волос. Он хлопнул себя по щеке, показалось, что там ползет муха. Отнял руку от щек — на пальцах капельки влаги. Неужели слезы?!
— Прости! — прошептала Алла. — Я не хотела... Я была не в себе! Мне показалось, что ты с ними...