Дик подошел к открытой двери оранжереи, окинул взглядом длинный ряд ждущих обработки саженцев и тихо присвистнул:
– Ого! И все их надо посадить?
Долли утвердительно кивнула головой.
– И еще надо полить и протереть листья у всех этих пальм.
Не долго думая, Дик принялся протирать влажной тряпкой листья стоявшей с краю финиковой пальмы. Тем временем Ральф, с любопытством обнюхав незнакомую машину, нахально прыгнул на сиденье. Долли не знала, что ей делать.
– Оставь, Дик. У тебя самого, наверное, полно дел... – нерешительно начала она.
– Совершенно верно. И первыми в списке стоят твои цветы.
– Ральф, ко мне! – сердито прикрикнула Долли на пса.
Но Ральф, не обращая ни малейшего внимания на хозяйку, устроился поудобнее и задумчиво уставился вдаль, потягивая носом свежий солоноватый воздух. Между тем Дик, продолжая протирать листья, деловито предложил:
– Долли, давай, ты будешь рассаживать, а я протирать; так работа пойдет быстрее.
Господи, дай мне силы! – взмолилась про себя Долли. – Этот парень сумел очаровать даже мою собаку! Если так пойдет дальше, Ральф вскоре позабудет, кто здесь хозяин. Пора положить конец самоуправству этого выскочки!
– Дик! – закричала она. – Прекрати сейчас же!
– Уже закончил, – весело откликнулся Дик и, схватив ее за руку, с коварной улыбкой потащил к джипу.
Усадив Долли на сиденье, он в одно мгновение оказался за рулем, завел двигатель, и джип с ревом рванулся с места. Ральф с удовольствием растянулся на заднем сиденье.
– Дик, ты просто невыносим! – в сердцах воскликнула Долли.
Скривив губы в шутовской усмешке, Дик как можно ласковее ответил:
– Как вам будет угодно, мэм.
Долли промолчала. Что же с ней происходит? Почему она совершенно не может противостоять ему? Вот и теперь, бросив свои несчастные саженцы, она, как девчонка, мчится неизвестно куда только потому, что ее позвал этот опасный красавец! А предательское воображение рисует картины, одну заманчивей другой. Она совершенно свободна, а впереди все лето: сто чудесных солнечных дней. И каждый из них будет волшебным: ведь их украсит своим присутствием Дик! Сто дней солнца, моря и... счастья! Решение покончить раз и навсегда с романом, не успевшим еще как следует начаться, уже не казалось ей мудрым. В конце концов, чудеса происходят в жизни не так часто... И тут Долли заметила, что они давно проехали Саванну и мчатся по шоссе дальше.
– Куда, скажи на милость, ты меня завез?! – закричала она в испуге.
– Не волнуйся. Домой я доставлю тебя в целости и сохранности. Я всего лишь хочу показать тебе волшебный сад. Главное чудо Америки. – Он сделал паузу, оторвал взгляд от дороги и посмотрел на Долли. В его глазах она прочла такое искреннее восхищение, что не могла не улыбнуться. – Я ошибся: мы увидим второе по красоте чудо Америки. Первое, конечно, ты, Зеленая Веточка!
– Дик, ты ведь не хочешь сказать, что мы едем смотреть Ботанический сад?! – В голосе Долли появились тревожные нотки. – Это ведь черт знает сколько миль от Саванны, а я даже не успела позавтракать!
Он погладил ее по коленке.
– Не стоит волноваться, дорогая. Это место, знаешь ли, не похоже на необитаемый остров. Люди там попадаются, и они, я думаю, не дадут нам умереть с голоду.
– Я знаю, – сухо заметила Долли, – я там была.
– Зато я там не был! – веско возразил Флеминг. – И ты не была там со мной... – Он вдруг приосанился и, словно перед ним была целая аудитория, продолжал голосом опытного экскурсовода: – Следует внимательно осмотреть каждый из десятков акров этого чудесного уголка природы. Перед вами лужайки и сады, которые считаются одними из красивейших в мире. Это особенно заметно в пору весеннего цветения произрастающих там более двухсот разновидностей азалий, девятисот разновидностей камелии японской, и великолепных магнолий.
Язвительно улыбаясь, Долли спросила:
– Надеюсь, ты умеешь кататься на велосипеде? Или ты собираешься пешком осматривать все эти цветущие акры?
– Мы можем прогуляться до смотровой площадки, если ты пожелаешь. Но вообще-то я хотел полюбоваться видом острова с борта каноэ. Проплывем по заливу, пристанищу всякой водоплавающей дичи. Кстати, на самом деле это великолепие занимает площадь почти в сто акров.
– А что мы будем делать с лучшим другом Ральфом?
– Туда пускают с собаками.