Мне захотелось крикнуть: «Ты должен сказать, что жить без меня не можешь! Что ты просишь прощения! Что ты совершил большую ошибку!»
Но я всего лишь сказала:
– Я хочу, чтобы ты хоть что-то сказал. Он отозвался:
– Что-то.
И вот тогда самообладание покинуло меня.
– Ладно, хорошо, – взорвалась я. – Знаешь что? Я так больше не могу. Серьезно. Если ты и дальше так будешь себя вести, то с меня хватит.
Я встала, держа руки по швам. Я знала, как это выглядит, но мне было все равно.
Но потом я решила дать ему еще один шанс.
– Макс, пожалуйста. Скажи что-нибудь, кроме «что-нибудь». Поговори со мной.
– О Боже, Бен! – Он сел на кровати и посмотрел на меня. Его глаза налились кровью, но не от слез. От злости. Я была удивлена. Я и не подозревала, что могла его разозлить. Он сказал: – Что тебе от меня нужно?
– Что мне от тебя нужно? – не унималась я.
– Да. Я же сказал тебе. Мне не нужна подруга. Это было как удар в солнечное сплетение.
– Нужна, – возразила я.
– Нет.
– Но…
Его глаза говорили: «Но что?»
– А как же наши отношения? Все эти подарки? – заикаясь, произнесла я. – Как же все? То есть я думала, мы оба чувствовали одно и то же. Я думала, это… знаешь… приведет к чему-то большему.
Он покачал головой.
– Мне нравится отрываться с тобой, – признался он. – Но это ни к чему не приведет. И я был счастлив благодаря этому. Ты же – нет.
– Но я счастлива, – услышала я собственный голос. – Очень. И если ты тоже был счастлив, может, это значит, что мы не так далеки друг от друга, как ты думаешь,..
Он не дал мне договорить.
– Сам факт того, что мы об этом разговаривали, свидетельствует об одном: мы очень далеки, – заключил он.
Я продолжала тупо стоять посреди комнаты. Потом он добавил:
– И я не хочу продолжать этот разговор, – и снова лег в постель.
– Макс, – произнесла я. – Мы можем все уладить. Поговори со мной.
– Да брось, перестань так себя вести.
– Ты хочешь, чтобы все закончилось вот так?
– Ладно. Пусть будет по-твоему.
Я пнула ногой пакет и пулей вылетела из комнаты, даже не успев расплакаться.
Первая слезинка упала на асфальт, когда я выбежала из дома. Сначала это напоминало дождь, только маленький. А потом разразился всемирный потоп. «Он даже не увидел, насколько я раздавлена», – подумала я, но не могла понять, хорошо это или плохо.