— Бледная Граница Потока закрыта. В Убежище нет Хранителя.
— Как это могло произойти?
— По всей видимости, старый Хранитель мертв. И отступники нашли способ запечатать его душу в мертвом теле. Это единственный способ укрыть случившееся от нас.
— Согласен. Если бы Хранитель был жив, он нашел бы способ оповестить нас. А Проводник? Отыскали ее? Почему она молчит? Почему не сообщила о случившемся?
— Она тоже закрыта. Скорее всего, причина тому — Обряд Осквернения. Очевидно, она провела его раньше, чем узнала о смерти Хранителя. Это непростительная ошибка с ее стороны. Мы не знаем, где она, и не сможем с ней связаться.
— Очень плохо…
Мудрец осуждающе покачал головой.
— Прости, повелитель. Это и моя вина. Я должен был это предвидеть. Должен был проверить готовность Хранителя сам.
— Ты получишь свое наказание позже, — спокойно проговорил Мудрец. — Что с Иншаргом?
— Он жив, но… Вы ведь знаете, повелитель, что происходит, если Инквизитору приходится возвращаться по Потоку. Он полностью опустошен и не сможет пока исполнять свои обязанности.
— Сначала он потерял свое Творение, теперь потерял себя, — горестно вздохнул Мудрец. — Значит, такова его судьба. Пускай отдыхает. Я поговорю с ним позже.
— Ваша воля, повелитель, — произнес священник и осведомился: — Что нам делать дальше? Кого подготовить на замену Иншаргу? Вы выберете воина сами или предоставите право выбора нам?
— Любой выбор будет бессмысленным. Бледная Граница Потока до сих пор закрыта. И открыть ее пока некому. Ты сам прекрасно знаешь это.
— Знаю, повелитель, — смиренно отозвался священник. — Но не слишком ли мы рискуем, ожидая появления Хранителя? Времени практически не осталось. А ведь он может не появиться вовсе.
— Именно поэтому мы не будем ждать.
— Да, повелитель, — отозвался священник, по-прежнему спокойный и невозмутимый.
Хотя на самом деле он был немало удивлен решением Мудреца. Если не Инквизитор, тогда… Неужели повелитель Силиорда решил послать туда Легионера? Сына Света, Очистителя и Стража Великой Границы. Но почему? Ведь еще есть шанс. Маленький, но есть. И он исчезнет, если в Творение ступит дитя Чистого Света. Легионер одержит победу не только над Тьмой, но и над жизнью, ибо там, где ступает его нога, кипит расплавленный камень и горят небеса. Цена такой победы всегда слишком высока.
Но когда священник услышал продолжение речи Мудреца, он был изумлен не меньше.
— У нас уже есть Инквизитор. Тот, кто предназначался для этого Творения изначально, — проговорил повелитель Силиорда. — Только ему нужно вновь напомнить об этом.
— Лард? — уточнил священник, хотя прекрасно понял, о ком идет речь.
— Лард, — подтвердил Мудрец.
— Он еще не прошел Очищение, — робко напомнил священник, понимая необратимость выбора Мудреца. Его слово — Закон Силиорда. Выше только Творец. Но он всегда молчит. Или просто не всем дано слышать его.
— А я считаю, что он достаточно чист. Если в Убежище нет Хранителя, бесполезно посылать нового воина. Даже если он пройдет в Творение по Сумеречному Пути, вне Потока он будет не менее опасен для смертных, чем Сын Света. И за два дня принесет смертным Боли не меньше, чем Спасения. А это для нас неприемлемо. Лард сейчас подходит лучше, чем кто-либо другой. Он единственный, кто способен пройти в Творение через Воплощение.
— Обряд не позволит ему взять готовое оружие. И армы не успеют вызреть.
— Значит, будет биться без оружия, — констатировал Мудрец.
— Лард будет беззащитен против асура.
— Инквизитор, даже безоружный, отнюдь не беззащитен. Лард справится.
— Вы так уверены в нем?
— Я достаточно уверен в нем. Повелеваю открыть Ледяные Врата и привести Ларда. Немедленно.
Не смея больше оспаривать требование своего повелителя, священник удалился. Тихо и легко, словно сам превратился в безликую тень, одну из многих, что скользили сейчас и всегда среди гигантских колонн, едва касаясь пола. Мудрец устало закрыл глаза. Он был стар. Неимоверно стар. И ему уже неоднократно случалось разыгрывать подобные партии. Иногда выигрывая, иногда терпя чудовищные поражения. Тьма сильна, и обыграть ее подчас бывает очень сложно. А иногда даже невозможно, иначе эта безумная война давно бы завершилась. Мудрец тоже совершал ошибки, и случалось, что ошибки эти стоили Силиорду слишком дорого. Но это было его право. Право, полученное им, когда много лет назад в своем первом и единственном сражении с самым кошмарным воплощением Тьмы он выстоял и доказал, что достоин Трона в Храме Мира над Миром, что может делать выбор и решать чужую судьбу.