– "Пик-пик-пик"! – сердито передразнил Людвиг Четырнадцатый. – Опять на тебя напала пик-пик-пикота? Тутта вздохнула с облегчением.
– Вот здорово, – сказала она. – А то я было подумала, что попала в такую ужасную компанию.
Людвиг Четырнадцатый таинственно улыбнулся. Знала бы Тутта Карлссон... И тут у него засосало под ложечкой.
– Я хочу есть, – захныкал он. – Я не ел целый день.
– Бедный Людвиг Четырнадцатый! – воскликнула Тутта Карлссон. – А что ты любишь больше всего?
– Я ем всё, – ответил Людвиг. – Разве ты не слышишь, как у меня бурчит в животе?
– У меня есть предложение, – обрадовалась Тутта Карлссон. – Проводи меня домой. Я ведь очень боюсь ли-ли-лисиц. А там у нас во дворе много всякого съестного.
– А мне можно? – удивился Людвиг Четырнадцатый.
– Конечно же, это совсем не опасно, – заверила Тутта Карлссон. – Сначала пройдём через овсяное поле, потом через клубничную поляну, и мы дома. Ты же бежал той дорогой, когда упал на меня.
Людвиг Четырнадцатый вдруг вспомнил, почему он оказался в канаве.
– Туда я больше не пойду, – заявил он. – Уж лучше умереть с голоду.
– Вот глупый! – засмеялась Тутта Карлссон. – Люди совсем не опасны. Да и Максимилиан тоже. Даже если ты боишься собак.
– Я совсем не боюсь ни людей, ни собак, – Его бросило в дрожь от волнения. – Я боюсь Этого на клубничной поляне. Разве ты не видела гам такого огромного, такого ужасного, который вот так расставил руки и страшно звенит? А его лицо без глаз и без носа...
Тутта Карлссон рассмеялась, да так, что все её пушинки заколыхались.
– Нечего пи-пищать, – заикнулся Людвиг Четырнадцатый. – Если бы я не сбежал и не спрятался в канаве, Этот догнал бы меня и съел.
– Пойдём, – сказала Тутта Карлссон и захлопала крылышками. – Обещаю, что Этот не съест тебя.
– Ты с ним знакома, да? – Людвиг Четырнадцатый разинул рот от удивления.
Тутта Карлссон ничего не ответила и засеменила через овсяное поле. Вскоре они оказались на клубничной поляне.
– Остановись, – зашептал Людвиг Четырнадцатый. – Разве ты не видишь? Этот так и стоит на месте. Дальше я не сделаю ни шага.
– Трусишка, – ответила шёпотом Тутта Карлссон. – Я ведь иду первая. Людвигу Четырнадцатому очень не хотелось показывать, как ему страшно, и
он поплёлся за Туттой Карлссон. Но с каждым шагом сердце его стучало всё громче и громче.
И вот они уже стояли под самыми распростёртыми руками,
– Вот твой ужасный Этот, – сказала Тутта Карлссон. – Смотри, он же совсем не движется.
– Да, но на нём шуба и шляпа! Так что же это? Может, это всё же человек?
– прошептал Людвиг Четырнадцатый.
– Пин-пин-пинтересно, все лесные звери такие дураки? – поинтересовалась Тутта Карлссон. – Какой же это человек?
Людвиг Четырнадцатый впервые подумал, что, может быть, он действительно глупый.
– Скажешь ты наконец, кто это? – грозно спросил он.
– Пугало!
И Тутта Карлссон начала опять попискивать от смеха.